Елена Васильева

(Не) будьте как дети

Как бы Габуев ни подчеркивал национальность своих персонажей, как бы ни выстраивались оппозиции между разными народностями, представить себя героем этих рассказов все равно сможет каждый. Для Габуева обращение к теме национальности —скорее способ посмотреть на человека вообще, а национальность —лишь увеличительное стекло.

Книги Текст: Елена Васильева
Вполпалки

Козлову время от времени отказывает вкус: то он напишет про «рыцаря, облаченного в благородные волосы», то про то, что люди «пребывали в состоянии общения». Автора иногда кусает блоха канцелярита, и он выдает фразы вроде «на текущий момент я могу сказать следующее» и «в том же ряду Петербург, святость которого куплена смертями в болотах и постоянным оттоком населения вследствие перманентного мора...». Можно, конечно, было бы списать все на какой-нибудь прием, но на какой и каков тогда его смысл, если вся книга написана с оглядкой на разговорный стиль и рок-культуру.

Книги Текст: Елена Васильева
Четвертая часть трилогии

Заглавный образ, батискаф, тоже отсылает к пребыванию на некоторой границе: находясь в нем, человек вроде бы опускается под воду, но с ней не соприкасается. От непригодной для жизни стихии его отделяют толстые стекла и стенки, сквозь которые можно смотреть на потусторонний мир, но картинку получать с искажением. И роман, как батискаф, погружает героя в воспоминания, в первую очередь — детские. Большинство из них гиперболизированные, и следующие одно за другим преувеличения захватывают все больше и больше места в тексте, создавая отнюдь не комичный, а ужасающий гротеск.

Книги Текст: Елена Васильева
«Конец воздержанию» и другие истории: пять книг об алкоголе

Когда на улицах города веселятся нетрезвые болельщики, а погода все чаще приглашает посидеть с бутылочкой того-другого на берегу реки или залива, самое время укрепить свой алкогольный бэкграунд. Ведь осенью в бар бежишь, чтобы заглушить меланхолию; зимой ― чтобы согреться; весной ― чтобы подпитать радость от жизни. А летом алкоголь пьется ни для чего. В одном из немногих материалов «Прочтения» с возрастным ограничением 18+ всего пять книг, и для каждой из них найдется место ― отнюдь не в сердце.

Вне времени и вне истории

«Раунд» Анны Немзер назван «оптическим романом». Повествование разворачивается таким образом, что читатель постепенно начинает понимать — читай «видеть» — больше и больше. Вот он без очков и видит только стоящих рядом с ним героев. Вот ему дали слабые линзы, и что-то прояснились. А вот финал книги: очки подобраны правильно; все герои наконец на своих местах, все связи между ними четко просматриваются.

Книги Текст: Елена Васильева
Наконец-то национальный

В субботу, 26 мая на Новой сцене Александринского театра в восемнадцатый раз вручали премию «Национальный бестселлер». «Прочтение» в нескольких словах рассказывает, как прошло награждение, — для тех, кто не хочет смотреть полуторачасовое видео.

На том же месте в тот же час. Что искать на Петербургском книжном салоне

Петербургский книжный салон пройдет с 17 по 20 мая в Михайловском манеже. Некоторые издательства в этом году отказались от поездки в Петербург в пользу ярмарки книг об искусстве, проводимой музеем Garage в Москве. Однако и в манеже яблоку будет негде упасть — мы публикуем гид по лучшим издательствам и их новинкам, чтобы долгие поиски не испортили настроение зашедшим на ярмарку.

Земля созерцания

Вторая часть романа-пеплума Алексея Иванова «Тобол» с подзаголовком «Мало избранных» вышла еще в начале года. Эта книга попала во все списки «самых ожидаемых», однако по факту оказалась как бы не замечена многими рецензентами и критиками: о ней не написали ни Галина Юзефович на «Медузе», ни авторы «Горького», ни большинство тех, кто писал о первой части — «Много званых».

Книги Текст: Елена Васильева
Без апостолов

Смелый шаг Олега Зоберна и издательства «Эксмо» — в 2018 году в России выпустить книгу с заголовком «Автобиография Иисуса Христа» без упоминания о том, что автор не хотел оскорбить ничьих религиозных чувств. «Автобиография» делает вид, что основана на евангельских текстах.

Книги Текст: Елена Васильева
Роман Романа не роман

Плоский пересказ этой истории делает с текстом Богословского примерно то же, что и пересказ одной только любовной коллизии с романом «Евгений Онегин». Ведь уже аннотация предупреждает читателей: в этой книге главное — кипение страстей, «любовь-буря, любовь-наказание, любовь-беда». И сколь прост для понимания сюжет, столь же просты и эффектны описанные страсти.

Книги Текст: Елена Васильева
Продавец со счетами

Когда читаешь эту книгу, то будто пропускаешь песок сквозь пальцы. Буквы бегут, ясности не прибавляется. Сначала фон Вальвиц проводит исторический экскурс, а потом он переходит к описанию «одиссеев» (идеальные игроки) и «хорьков» (реальные трейдеры и брокеры). Автор играет с метафорами и образами, и все это выглядит неплохо, пока не выясняется, что метафора опирается на метафору, и продолжается философским постулатом, и не имеет под собой реальных оснований

Книги Текст: Елена Васильева
Тьма наступает

Остается загадкой, кого же Сана Валиулина считает тем самым Синей Бородой. Возможно, в обличье этого мужчины должно предстать время, которое становится безжалостным, когда люди про него забывают и пытаются жить сегодняшним днем. Потому что тогда мир может оказаться в стерильном безвременьи, где ценность каждого человека ничтожна.

Книги Текст: Елена Васильева
Осторожно, спойлеры!

Если по структуре и композиции «Дебри» похожи на учебник, то стилистически они для этой оценки слишком несдержанные. Иванов и Зайцева примеряют к историческим реалиям современную лексику: первооткрыватель тракта от Соликамска до Верхотурья Артемий Бабинов оказывается у них «отличным менеджером», который взял дорогу «в концессию», а Ерофея Хабарова авторы признают «настоящим бизнесменом».

Книги Текст: Елена Васильева
И ныне дикий

Автор как будто хотел написать роман о декабристах, а замахнулся на роман о войне 1812 года — но при этом «Войны и мира» у него не получилось. Слишком много хотел сказать, слишком мало удалось.

Книги Текст: Елена Васильева
Андрей Рубанов: «Я уже прочел все, что мне было нужно»

Роман Андрея Рубанова «Патриот» стал большой новинкой прошедшей весны. С ним Рубанов попал в финал «Национального бестселлера» и «Большой книги». Об успехах «Патриота», болевых точках русского человека и новой книге писатель рассказал «Прочтению».

Алексей Иванов: «Я сам не делаю никаких открытий»

В «Редакции Елены Шубиной» вышла новая нон-фикшен книга «Дебри», являющаяся документальным «двойником» романа «Тобол». Елена Васильева побеседовала с ее авторами — Алексеем Ивановым и Юлией Зайцевой.

Песнь жилищного кооператива

Наличие общеисторического сюжета, нашедшего отклик в судьбе человека, оказывается критерием, определяющим качество текстов, попавших в книгу.

Книги Текст: Елена Васильева
Страна Небыляндия

Книга Андрея Филимонова вышла в финал премии — наравне с романами таких известных авторов, как Андрей Рубанов и Анна Козлова, чьи новинки анонсировали чуть ли не словами «триумфальное возвращение». А о Филимонове почти никто не слышал до этого года. Шутка ли.

Книги Текст: Елена Васильева
Лев Данилкин: «Ленин был литературным критиком»

Вышла биография «Ленин. Пантократор солнечных пылинок» за авторством писателя Льва Данилкина. Елена Васильева поговорила с ним о критике, новой книге, а также о том, как и где свершаются революции.

Грачи прилетели, или Книги весны без Сорокина

В ближайшие пару-тройку месяцев на прилавках книжных магазинов появятся как разрекламированные романы, так и менее известные книги. Чего стоит ожидать от издателей? «Прочтение» выбрало пять лучших книг художественной прозы и пять — нон-фикшен.

Книги Текст: Елена Васильева
Монаху снятся новые побеги

Рейнальдо Аренас написал книгу в 1966 году, после чего оказался в опале на родной Кубе и сел в тюрьму из-за нелегальной публикации произведения за рубежом. Похожая участь постигла и его героя – реальную личность, монаха Сервандо Тересу де Мьера, жившего в XIX веке.

Книги Текст: Елена Васильева
Литература в собственном соку

Сборники интервью занимают промежуточную ступень между книгой как таковой и прессой, газетами и журналами. Выходя за рамки привычного формата, вчерашний журналист уже сегодня, с собственной книгой, превращается в писателя. А если книга состоит из бесед с писателями, то получается литература в собственном соку.

Книги Текст: Елена Васильева
Экспериментировать нельзя остановиться

Ежегодно в одно и то же время 14 декабря в Петербурге выбирают лучшего поэта, пишущего на русском языке. Есть ли в России нечто более постоянное, чем Григорьевская премия?

Самый глубокий цвет

Гореть и потом резко потухнуть, изображать счастливую жизнь через силу, стараться не видеть внутрисемейных и просто внутренних проблем – все это было и в XIX, и в XX, и в XXI веках.

Книги Текст: Елена Васильева
Литературное камлание

Магия этой книги, намеренно написанной без изысков в сюжете, в том, что Данилов решился примерить на себя личину пророка, создателя большой победы «Динамо». Однако команда от этого, как заметил автор, начала проигрывать еще сильнее.

Книги Текст: Елена Васильева
Патетика подиума

По причине прозрачности авторской идеи – показать моду как систему неких кодов, за которыми стоит больше, чем просто красота, и представить моду как настоящее искусство – книга читается быстро, но впечатлений почти не оставляет.

Книги Текст: Елена Васильева