Елена Васильева

Герман Канабеев создал текст на стыке реального и фантастического, светского и религиозного, актуального и вневременного, философии и рискованного юмора — но этот текст, увы, не становится откровением, запутывается в неестественных диалогах и повторах. Его разрывает от количества мыслей одновременно обо всем — о смерти, о просветлении, о человечестве вообще и России в частности.
0
0
0
922
На обложке «Время говорить» — ханукальная игрушка, а в блербе — цитата Дины Рубиной. Тут волей-неволей ждешь сладкого женского с некоторым национальным колоритом, а находишь историю 12-летней, потом 15-летней девочки, переживающей измены отца, развод родителей, смерть лучшей подруги от суицида, а затем и первую любовь с очень неожиданным финалом.
0
1
0
1578
Матвей в «Том самом» не уверен в своих поступках, а реалистично смотрящая на жизнь мама своей заботой постоянно пытается подорвать его стремление к мечте, говоря, что писатели — «несчастные бедняки». Так что ему приходится столкнуться не только с проблемами в любви, отношениях с друзьями и семьей, но и с проблемами творческих людей — обещаемого всеми и вся отсутствием жизненных перспектив и неверием в собственные силы.
0
1
0
2514
Роман «Нормальные люди» ирландской писательницы Салли Руни стал преметом бурного обсуждения сначала за рубежом, а потом и в России. Мы решили разобраться, откуда взялся такой ажиотаж, что говорят о романе в России и действительно ли каждому читающему человеку необходимо поставить галочку напротив книг Руни в своем to-read-list?
0
3
0
21342
За счет фантастически-чудаковатых образов, например, водолазов — давних персонажей творчества Тишкова, полуреальных существ, живущих между водой и землей, соединяющих мир выдуманный и мир реальный, — книга приобретает понятную аллегоричность вроде той, что есть в «Маленьком принце» Сент-Экзюпери. Дом забывать нельзя, к истокам нужно возвращаться, в мелочах можно разглядеть огромное, а именно — течение времени.
0
0
0
3310
Сенчин выходит за рамки простого рассказа «о знакомых» или текста «по следам актуальных событий» — в истории о политических дрязгах, узнаваемых фигурах и заигрывании со смертью проступает история потерянного человека, которому казалось, что он уверен в правильности своих поступков. А жизнь оказалась немного сложнее и неудобнее.
0
0
0
2422
Объединяет получившиеся произведения то, что во всех них можно ощутить неуверенность в сегодняшнем дне и в будущем, обусловленную как с рациональными, так и иррациональными причинами. А написание текстов о карантине, их чтение и чтение вообще — это еще и приемы самообороны в эпоху самоизоляции, попытка обрести хоть какую-то стабильность.
0
0
0
1178
«Все письма — это письма о любви», — такое название художница, арт-критик и знаковая феминистская писательница Крис Краус дала одной из глав своего романа о любовной одержимости I Love Dick. Художница Лив Стрёмквист могла бы сказать Краус в ответ, что все фильмы, сериалы, стихи, песни и философские трактаты — тоже о любви. И именно об этом ее новый графический роман «Расцветает самая красная из роз».
0
0
0
3202
Выписывание авторской боли не всегда становится стопроцентной литературной удачей, но у романа Франко определенно есть потенциал: он ориентирован на очень правильную возрастную категорию; он легко и непринужденно написан; его сюжет достаточно увлекателен; и в нем есть шутки, что, впрочем, не всегда может убить пафос, заложенный в образе положительного, даже несмотря на некоторую агрессивность, персонажа.
0
0
0
3066
Это удивительное повествование: лапидарное, с мизантропическими нотками, но обаятельное и с описаниями примечательных мест. От Елисейских полей до Люксембургского сада, от отелей в Ялте до привалов в Нагорном Карабахе, от Колизея до холма Джаниколо, от дацана под Улан-Удэ до юрт и небоскребов Улан-Батора звучит лимоновский голос, подмечающий неочевидное.
0
1
0
2798
Саша Степанова — одна из ведущих подкаста «Ковен Дур», участницы которого не боятся мрачных текстов с малоприятными деталями, да сама Степанова не скрывает своей тяги к подобным сюжетам, городским легендам и едва ли не криминальным сводкам, составленным при участии Центра «Э» — Главного управления по противодействию экстремизму МВД России.
0
0
0
2725
Верят или не верят — вот главный конфликт этой книги. По мнению общины, которая эксплицирована в тексте всезнающим и всевидящим «мы», человек, посмевший отойти от известных с детства установок, верит не истинно. В этой интерпретации вера сводится в первую очередь к соблюдению определенного порядка действий, но не помогает приблизиться к духу заповеди.
0
0
0
3906
Вчера, 16 апреля был объявлен короткий список премии «Национальный бестселлер» 2020 года. О шести финалистах и двух очевидных фаворитах, названия которых по странной случайности отсылают к мифологическим первоосновам мироздания, рассказала литературный критик и обозреватель «Прочтения» Елена Васильева.
0
1
0
3338
Художественный мирок «Выйди из шкафа» маленький и тесный — как будто под стать названию, но здесь всегда есть место тем чудесным совпадениям, за которые мы так любим голливудские фильмы и мексиканские сериалы. К счастью, в нужный момент Птицева разворачивает историю, и волшебство немедленно оказывается реальной жизнью, а университетский тихоня — профессорским кротом.
0
1
0
3994
В новом романе подходы Савельева к категории события или развития действия работают главным образом на создание особой картины мира, которая дополняет уже написанное другими авторами серии «Актуальный роман». Но надо признать, что лучше всего суть книги Савельева отражают слова «Актуальный абсурд».
0
2
0
4034
Оба романа, о которых пойдет речь, — «Непостоянные величины» Булата Ханова и «В Советском Союзе не было аддерола» Ольги Брейнингер — с определенными оговорками можно назвать романами взросления. Кроме того, они относятся к категории беллетризованного автофикшена, а в их основу положены личные переживания.
0
0
0
3522
Книга проходится по самым болевым точкам современности, и наверняка найдутся читатели, которые обвинят издателей в погоне за модой. Однако главной модой здесь оказывается стремление к самоанализу, желание докопаться до самой сути, не побояться задеть даже самое больное.
0
0
0
3130
Вряд ли хотя бы кто-то может представить, что на двух сотнях страниц его ждет удивительная смесь рассуждений об американской политике и законодательстве, бесед о литературе и искусстве, критики капитализма, феминизма и религии и, конечно, описаний секса.
0
0
0
5306
Главные герои в основном страдают лишь от чувства вины — кстати, в книге неоднократно возникает еврейская тема, обыгранная, правда, скорее шутливо, чем серьезно. «Католики испытывают чувство вины, когда подводят Бога. А евреи — когда подводят родителей», — говорит один из героев, явно намекая на всю свою семью. Но не стоит беспокоиться: к концу книги Мэгги и Итан исправятся.
0
0
0
3314
Булат Ханов, конечно, удивительно смел. Он не боится осуждения и споров, которые его книга неминуемо вызовет. У нее обязательно появится множество противников в учительской среде. Потому что то, о чем он пишет, — правда, от которой многие бы хотели спрятаться. Потому что наверняка что-то из того, что он описал, соответствует действительности не во всех школах. Да в конце концов потому, что его герой отработал в школе всего год и посмел сделать далеко идущие выводы.
0
0
0
6362
Впечатляет не столько фактура рассказов — хотя и там много такого, что может шокировать, — сколько время от времени нагоняющая и тюкающая по темечку печаль и предчувствие разных неуютных состояний. Ближе к финалу книги при недозированном ее употреблении может быть даже неприятно. И страшно. Будьте, как говорится, осторожны.
0
0
0
5958
Большую часть книги сама Алленова остается в тени. Даже слово «форпост» по отношению к Осетии в тексте произносят «там», «в воюющей Чечне». Автор мало делится своими мыслями или впечатлениями, но много — фактами. Тем, что видела она, тем, что запечатлели камеры, тем, что сказали ее собеседники во время личных встреч или интервью. Но события, о которых пишет Алленова, таковы, что здесь и судебное заседание со всем его суровым регламентом превращается в драму.
0
0
0
4802
Унижение как тема возникает в книге не раз – конечно, как специфически женское мироощущение (не стоит забывать, что роман – феминистский и вышел в феминистском издательстве), которое при смене точки зрения может работать совсем по-другому.
0
0
0
7854
Здесь не только все взрывается, но и выясняется, что наш вроде бы случайный Книжник оказался, как водится, вообще не случаен. Он не только разрушил Оракул, устройство, которому одичавшие люди нового мира верили, как божеству или интернету, но и встретил Самого Главного Человека — его зовут то Ковбой, то Пастух, то Самуэль (видимо, как последнего библейского пророка), то просто Миша (видимо, как архангела).
0
0
1
5854
На самом деле Витя и Варя — просто-напросто люди с разными мировоззрениями. Он не окончил университет, потому что решил, что траектория жизни ученого не для него, и пошел зарабатывать деньги. Она мечтает поступить в мед и стать хирургом — поступить пока не получается, но обеспеченный папа пообещал, что она сможет учиться на платном. У каждого из них своя правда, и как бы ни хотелось сводить это противопоставление к дихотомии «столица — провинция», делать этого не стоит.
0
0
0
6066
Во всех этих трех текстах фоном проходит тема смерти. В «Пепле Анны» она показана через умирание старого мира и предчувствие нового. В «Звездолете с перебитым крылом» сочетается с мотивом надежды и мыслями о вечной жизни. В «Каникулах что надо» мальчишки обещают друг другу «игрушечную» кончину — «Умер. До послезавтра», говорят они. Пока в финале не встречаются с настоящей.
0
0
0
6214
Гроскоп не боится делать «Войну и мир» или «Преступление и наказание» инструментом самопознания и вообще вставать с авторами чуть ли не на одну ступеньку. Она называет Толстого «бородатой Опрой Уинфри», а «Доктора Живаго» сравнивает с «Аббатством Даунтон»!
0
0
0
5110
Есть определенная сложность в том, чтобы объяснить, что же происходит в «Долой стыд», каков его сюжет. Потому что его, в общем-то нет. Дать примерное представление можно, лишь назвав рассказчиков и обрисовав в общих чертах реалии художественного мира.
0
0
0
5562
Анна Козлова — писательница, сценаристка сериалов для федеральных каналов, лауреат премии «Национальный бестеллер» в 2017 году за роман «F20». Ее новая книга «Рюрик» вышла в «Фантом-прессе», который специализируется на переводной литературе. Несмотря на название, сюжет нового произведения не связан с историей, Рюриком зовут попугая главной героини. О работе над книгой, отличии сценарной работы от писательской, обретении нового издателя и многом другом писательница рассказала в интервью «Прочтению».​​​​​​​
0
0
0
4746
В субботу, 25 мая в Петербурге пройдет церемония вручения литературной премии «Национальный бестселлер». В этом году в короткий список попали шесть книг, и все они точно достойны внимания. Накануне решающего момента «Прочтение» напоминает, почему их стоит прочесть и почему шорт-лист «Нацбеста» в этом году силен как никогда.
0
0
0
7554