# Эксмо

Бернс передает ощущение неуюта через минус-прием: она лишает людей имен, а пространственные ориентиры (1979 год в Северной Ирландии, раздираемой междоусобицей) камуфлирует под эвфемизмами. В итоге страдания неназванных лиц среди неназванных мест воспринимаются, с некоторыми оговорками, как универсальное изображение любого несвободного народа.
1570
«Молочник» — это трагикомическая история о сплетнях и слухах, о молчании и нарочитой глухоте. Роман, повествующий о бездействии и о том, к каким трагическим последствиям оно способно привести.
890
В книге Григорян будто нет начала и конца, нет в ней и сюжета в классическом понимании: сюжет здесь — само течение жизни по кругу. «Поселок» — это не роман о настоящем времени, не манифест, не крик, не эксплуатация больной темы, но хладнокровная фиксация происходящего.
1662
После «Оды радости» становится яснее позиция тех, кто так громко кричал о недопустимости «Посмотри на него», из чьего возмущенного «у меня тоже вон умер/умерла/болит — но я книг о том не пишу» вычленяется самое важное: не осуждение, а неумелая сопричастность — «у меня тоже». И пусть самые сильные потрясения человек все равно переживает в одиночестве, мир культуры поможет объяснить эту боль, мир людей — хоть немного утишить.
2122
Проблема в том, что Макьюэн не очень любит фантастику. В своих интервью он говорил о том, как ему хотелось бы взять приемы фантастических романов и поместить в фантастический сюжет исследование человеческой психологии» — как будто последние полвека фантастика не занималась тем же самым. В результате автор довольно долго не может выбрать, что ему интереснее: описать альтернативную вселенную или проследить столкновение характеров людей и машин...
2258
Булат Ханов, конечно, удивительно смел. Он не боится осуждения и споров, которые его книга неминуемо вызовет. У нее обязательно появится множество противников в учительской среде. Потому что то, о чем он пишет, — правда, от которой многие бы хотели спрятаться. Потому что наверняка что-то из того, что он описал, соответствует действительности не во всех школах. Да в конце концов потому, что его герой отработал в школе всего год и посмел сделать далеко идущие выводы.
2746
Валерия Пустовая — литературный критик, кандидат филологических наук, коуч Creative Writing School. Роман для нее, автора сборников статей, очерков и эссе, — не самый привычный жанр. «Ода радости», «книга утраты и любви», написана в форме дневника — как документальное свидетельство личных переживаний. Ключевая тема этого произведения — материнство, причем показано оно с двух сторон: когда у тебя есть ребенок и когда ребенок — ты сам.
1538
Из нелинейных, разрозненных показаний заключенного постепенно сплетается сюжет. Событийность на страницу текста, конечно, зашкаливает: тут и семейная драма, и переживания персонажа по поводу своей гомосексуальности, знакомство с леопардом-оборотнем и с противоведьмой, оберегающей необычных детей, и много чего еще.
2806
В послевоенном Лондоне родители оставили четырнадцатилетнего Натаниела и его старшую сестру Рэчел на попечение загадочному человеку по прозвищу Мотылек. Дети подозревают, что он преступник, и все больше в этом убеждаются, узнавая его эксцентричных друзей: мужчин и женщин, которых что-то связывает в прошлом и которые теперь хотят опекать юных героев. Но кто они на самом деле? Почему они хотят заботиться о Натаниеле? И как брат и сестра должны себя вести, когда через несколько месяцев их мать возвращается без отца и ничего не объясняет?
2470
Главный герой «Непостоянных величин», выпускник филфака МГУ Роман едет в Казань, чтобы устроиться в школу учителем русского и литературы и поставить над собой эксперимент: как долго сможет молодой специалист протянуть в обычной школе? Финал эксперимента и предсказуем, и неоднозначен. Ад просачивается в человека малыми дозами. Но что человек может противопоставить этому аду?
1878
Несмотря на простую бытовую фактуру, мальчишечий сленг, будни окраин, через все повествование проходит прозрачная, как вода, фортепьянная музыка и мерное, как метроном, звучание гомеровских «Илиады» и «Одиссеи». Вот что придает единство этой семье, вот что является мерилом и шкалой ценности.
2286
Маркус Зусак — австралийский писатель, создавший шесть романов и прославившийся благодаря «Книжному вору», — нарушил свое тринадцатилетнее молчание. В этот раз в центре истории оказывается мальчик Клэй — обладатель страшной тайны из далекого, насколько это возможно в его возрасте, прошлого. Когда-то у него был отец — потом он бросил его и еще четырех сыновей, подарив им жизнь в хаосе, жизнь без родителей. Теперь он вернулся со странной просьбой — помочь построить мост. Клэй соглашается, и этот мост становится и надеждой, и исцелением, и обещанием лучшего.
5102
Во всех этих трех текстах фоном проходит тема смерти. В «Пепле Анны» она показана через умирание старого мира и предчувствие нового. В «Звездолете с перебитым крылом» сочетается с мотивом надежды и мыслями о вечной жизни. В «Каникулах что надо» мальчишки обещают друг другу «игрушечную» кончину — «Умер. До послезавтра», говорят они. Пока в финале не встречаются с настоящей.
4350
Ахмед Саадави — иракский писатель и поэт, получивший Интернациональную арабскую книжную премию (IPAF) за роман «Франкенштейн в Багдаде» в 2014 году. Эта книга представляет собой сатирическое переосмысление классического «Франкенштейна» Мэри Шелли; трагикомический портрет тех, кто живет в постоянном страхе почти без надежды на будущее. Здесь старьевщик Хади собирает монстра из останков жителей Багдада, разрываемого войной, чтобы чудовище, порожденное разумом человека, отомстило обидчикам жертв.
2142
Обычно разводы случаются из-за измены или усталости супругов друг от друга, но не в этот раз: жена тридцатишестилетнего художника решает уйти от него, потому что ей приснился сон. Но герой уходит первым — и с этого начинается его путешествие к самому себе. Он останавливается в доме известного живописца Томохико Амады, а вскоре находит на чердаке картину «Убийство командора». Таинственная картина, призрак бывшего жильца, колокол, звонящий еженощно, — Харуки Мураками (автор романов «Охота на овец», «Хроники заводной птицы» и «1Q84», имя которого можно смело считать синоним импрессионизма в мире литературы) изящно сплетает реальность со сверхъестественным и предлагает читателю окунуться в мир, полный загадок и мистики.
3242
Стилистически роман написан достаточно просто, каждое слово точно выверено. Но такая простота подчас грозится обернуться безжизненной, тогда как перед автором, очевидно, стояла задача максимально приблизить изображенное в романе к реальности, имитируя в том числе напичканную сленгом речь обычного израильтянина.
2758
Каждый год в центре Петербурга ставят сцену рядом с Михайловским манежем, а книголюбы знают: это для них. И хотя программа Международного книжного салона уже не раз вызывала вопросы общественности, это мероприятие по-прежнему остается самой заметной площадкой для презентации книг и единственной масштабной ярмаркой в Северной столице. Издательства, как и всегда, привозят свои весенне-летние новинки, а «Прочтение» рассказывает о самых заметных из них.
3766
Ольга Токарчук — писательница и поэтесса, одна из самых заметных фигур современной польской литературы, лауреат Международной Букеровской премии 2018 года. Ее роман «Бегуны» выходил на русском еще десять лет назад, но известность автор обрела только после получения премии и его переиздания. Новая книга «Диковинные истории» – собрание причудливых рассказов, каждый из которых – окно в потустороннее.
3438
До конца книги мы не узнаем, как зовут главную героиню, для Мошфег она безымянна, равно как и поколение нью-йоркских миллениалов, голосом которого она выступает: потерянных, недолюбленных, травмированных. Отсутствие имени подчеркивает кризис самоидентичности, героиня не понимает, кто она такая, зачем живет и чего на самом деле хочет. Скука и роскошь убаюкивают ее, укутывают в бархатную черноту сна под действием антидепрессантов. Сон — главная метафора романа.
1614
Иронии бы больше молодому автору, в том числе самоиронии, чуть-чуть внутренне вырасти, чтобы тридцатилетние не казались безнадежными артритными стариками. Тогда и с авторской оптикой, глядишь, станет все нормально, и язык перестанет выдавать попытки натянуть сову на глобус.
2506
Роман Давида Гроссмана «Как-то лошадь входит в бар» — это история пожилого еврейского комика длиной в один стэндап. В своем выступлении Дóвале лавирует между безудержным весельем и нервным срывом — заигрывая с публикой, он создает сценические мемуары.
2454
Новый роман Сухбата Афлатуни может быть воспринят и как текст об исторической памяти, и как продолжение лагерной темы русской литературы, и как религиозная притча. 
4722
Поначалу кажется, что перед нами хороший задел для феминистской антиутопии — с пугающими перемотками в прошлое, в которых объясняется, как так вышло, что в XXI веке американским женщинам можно только заниматься домом, смотреть телевизор (в основном, программы по домоводству) и почти нельзя говорить, а уж тем более читать и писать — вплоть до элементарного списка продуктов, без которого, грозят нам лайфкоучи, рискуешь скупить полмагазина. Однако с какого-то момента все эти тщательно завязанные узлами ниточки сплетаются в какой-то беспорядочный комок, который еще и приходит в движение, все набирая и набирая обороты.
1874
Говори что угодно — но не больше ста слов в день. Делай что угодно — занимайся детьми или готовь, только не работай. Живи как угодно — не тебе. Роман-антиутопия «Голос» Кристины Далчер — лингвиста, преподавателя, писателя — созвучен с «Рассказом служанки», но лишь отчасти: здесь угнетение женщины только начинается (пусть и весьма активно), все самое страшное — впереди. Джин Макклеллан — ученый, и теперь она должна оставить науку, лабораторию, эксперименты, ведь ее место — у домашнего очага, за спиной мужчины, обязательно — покорной и бессловесной тенью. У Джин Макклеллан есть дочь — и случай заставляет бороться не только за ее голос, но и за свой, и за всех остальных женщин.
1306
«Мой год отдыха и релакса» — это «Обломов» нового поколения, с антидепрессантами, психоаналитиками и токсичными отношениями.
2902
В четырех похожих, но все-таки отличающихся друг от друга героях Остер воплощает свою страсть к литературе, кинематографу, политике и спорту. Все они наделены недюжинным интеллектом, что позволило некоторым критикам романа упрекнуть Остера в том, что он стремился продемонстрировать лишь грани своего собственного гения.
2354
Если «Осень» шотландской писательницы Али Смит о любви и жизни, то «Зима» — о выживании и смерти. Самая суровая пора приносит холод и страх, и труднее всего не поддаться одиночеству, не забыть о людях вокруг. Смех и радость, тепло и забота — то, что спасает в долгую ночь и вымораживающую метель. Смит знает это правило — и рассказывает о нем всем.
3146
Уже в названии романа «Обитатели потешного кладбища» содержится намек на то, что история будет мрачной, а люди — пропадать и стреляться. Герои Иванова разобщены, есть среди них и предатели, и просто неприятные люди. Но то, что их губит — эпоха — их же и спасает.
4082
«Наполеонов обоз» Дины Рубиной — книга для пенсии. Роман — по крайней мере, заявленный первым том «Рябиновый клин» — старчески нетороплив и размерен, он не может существовать без длиннот и отступлений, в нем уже слышно отставание от языка эпохи.
4546
У Смит получился очень компактный роман, в котором нет ни одной случайной детали. Из-за того, что в какой-то момент повествование концентрируется вокруг фигуры Полин Боти — забытой поп-арт художницы, чьи коллажи многие годы пролежали в амбаре ее брата, — многие сравнивают с коллажем и сам роман.
3134