Закрытый клуб: регистрация или вход с паролем
От классики постмодерна до подростковых детективов:

До Нового года осталось всего десять дней — и мы в редакции уже планируем, что будем читать на длинных выходных. Ведь долгие праздники — отличный повод уйти в книги с головой и не обращать внимания на происходящее вокруг. Если вы еще не определились с выбором зимнего чтения — добро пожаловать в нашу подборку: тут и классика постмодерна, и созвучные нашим дням комиксы, и детские детективы, и любовные романы — уверены, что-то точно осядет в вашем книжном списке на 2023 год.

Купить книги подборки можно, перейдя по ссылкам в названиях.

 
Главный редактор «Прочтения»

Кажется, зимние каникулы созданы для того, чтобы, укутавшись в одеяло и подъедая остатки новогоднего стола, читать книжки. Желательно, максимально уютные. Но есть такие люди, как я, — у которых с уютными книжками не очень и поэтому в свободное от работы время они стараются, с одной стороны, нагнать недочитанное за год, а с другой — закрыть пробелы в невротическом внутреннем списке всех когда-либо выходивших книг. В этом (точнее, уже следующем году) мой план таков: «Но человека человек» Ксении Букши и «Это я — Эдичка» Эдуарда Лимонова. Да-да, я не читала Лимонова (как и многие другие книги на свете) и хочу наверстать, пока, кхм, не запретили.

Каждый новый роман Букши — подарок для ее ярых поклонников, к коим я себя отношу. Эмпатичность, социальность, многоуровневость текста (вплоть до математических аллюзий), вербатим, элементы петербургского текста — все это узнаваемые и любимые черты текстов Букши. Обещано все это и в новой книжке, в которую вошли четыре страшных, но очень узнаваемых (в том числе из новостей) истории. Не терпится приступить — чтобы точно по Достоевскому совершить путешествие к самому дну и, оттолкнувшись от него, начать движение вверх — самое то для начала года.

 
Арина Ерешко
Редактор «Прочтения»

Классовое неравенство, назревающая (пусть пока в умах, пусть пока в немногих) революция, запретная дружба между чистокровным отпрыском богатой семьи и подозрительного (для слуг оной семьи) полукровки — и все это в обертке дарк-академии, с которой я никогда особенно не ладила, но которая неизбывно нравится мне своими закрытыми обществами и раздольем для интриг и заговоров — как местечковых, так и глобальных. Пожалуй, «Песнь Сорокопута» может стать отличным чтением на каникулы и, возможно, альтернативой зачитанным «Трем мушкетерам» — если верить множественным (и неоднозначным) отзывам, слабоумия и отваги, равно как и хитрости с продуманностью, там хватит на десятерых.

 
Анна Журавлёва
Редактор «Прочтения»
  • Кейт Милфорд. Воровской узел / пер. с англ. А. Глебовской. — СПб.: Поляндрия Принт, 2023. — 704 с.

В далеком 2018-м на новогодние праздники я читала «Дом из зеленого стекла» Кейт Милфорд — историю о мальчике, приемном сыне владельцев гостиницы для контрабандистов. Там был и загадочный особняк, и пять таинственных постояльцев, интриги, скандалы, расследования, и — что немаловажно — рождественские каникулы. А в этом году вышла третья (для российского читателя) книга серии — «Воровской узел». Судя по всему, вбоквел: и центральный персонаж — Марзана Хакельбаренд, а не Майло (хотя мы с ней уже и знакомились во второй части), и действие разворачивается летом, а не как обычно — зимой. Но аннотация все равно обещает нам призраков, похищение и семейные тайны. И сразу будто возвращаешься в детство, когда из забот — дождаться новой книги серии «Черный котенок» (тот самый, в клетчатой кепке и с залихватской трубкой во рту), название которой обязательно должно начинаться со слов типа «тайна», «загадка» или «секрет». Что еще надо для ламповых каникул?

 
Ульяна Бельтюкова
Редактор инстаграма* «Прочтения»

Честно признаюсь в своей любви к подростковым книжкам «Самоката». Вопросы в них такие же фундаментальные, как и во взрослой литературе, но вот добрый и счастливый конец встретить можно намного чаще.

Дикий Запад, 1920-е годы. Примером для подражания и эталоном свободы для главного героя, пятнадцатилетнего Гарета, сына пастора, становится… Эбигейл Сенсон, преступница с золотыми шпорами. Она берет парня в заложники и с корнем вырывает из привычной среды.

Чем кончится «бой» за душу и будущее Гарета? Так ли добр всеми уважаемый пастор и так ли бесчестна всеми презираемая преступница? Именно на эти вопросы я буду искать ответы в новогодние выходные.

 
Куратор рубрики «Опыты»
  • Анна Старобинец. Лисьи Броды. — М.: РИПОЛ классик, 2022. — 720 с.

Книгу я купил в одном из экспатских книжных магазинов. И сделал это после того, как сразу в трех местах прочел о ней примерно следующее: «Планировал почитать перед сном, очнулся утром четыреста страниц спустя, так и не заснув». Полифония, смешение жанров, магический реализм, необычный сеттинг (Дальний Восток в 1940-е) проблема памяти о репрессиях — черт, это звучит как идеальное каникулярное чтение, еще и от мастера сторителлинга: Старобинец умеет как жути нагнать, так и написать разухабистый детский детектив.

Еще один книжный магазин, правда, на сей раз не эмигрантский. Я удивился, что Маккарти доехал уже сюда — первая книга дилогии вышла в октябре, вторая — в начале декабря.

1980-е годы, Бобби и Алисия Вестерн — сиблинги. Помимо инцестуозного чувства их связывает память об отце — одном из создателей атомной бомбы. В The Passenger Бобби идет по следу теории заговора, в Stella Maris — Алисия размышляет о природе реальности и подсознания, пока Бобби находится в коме.

Шестнадцать лет спустя после «Дороги» заслуженный дед американской романистики Кормак Маккарти вернулся в литературу с, пожалуй, самыми загадочными романами, где онтологическое сомнение сочетается с игрой жанров. What’s not to like?

 
Обозреватель «Прочтения»
  • Али Хейзелвуд. Гипотеза любви / пер. с англ. Натальи Болдыревой. — М.: МИФ, 2022. — 416 с.

В 2022 году я взялась за романтическую и сентиментальную прозу. Колин Гувер показалась мне приторной, а вот от того, чтобы дочитать цикл Люсинды Райли о семи сестрах (в нем, как можно догадаться, семь книг), меня удерживает исключительно сила воли. К «Гипотезе любви» я присматриваюсь с начала года — абсолютный международный хит, оборвавший все тиктоки. Аспирантка Оливия практически на спор целует первого попавшегося мужчину — а им оказывается доктор Карлсен, гроза биологического факультета Стэнфорда. Героев, кажется, ждет благополучный роман. И совершенно безопасный по меркам нынешних времен.

  • Алека Вольских. Мила Рудик и Чаша лунного света. — СПб.: Качели, 2023. — 704 с. 

Еще в этом году я исполнила давнюю мечту перечитать «Таню Гроттер». Впрочем, как начала перечитывать, так и остановилась: разочаровалась. Но от этого не грустно, а только интересно — хочется изучить другие книги, которые были популярны и актуальны в нулевые, и оценить их с нынешних позиций. Одна из таких историй — серия книг о Миле Рудик, о которой я в подростковом возрасте не знала, но в этом году литературный критик Мария Лебедева просветила меня. Мила Рудик — сирота и, как это часто бывает, учится в школе волшебников. Но существование мира По-Ту-Сторону оказывается под угрозой, а самой Миле Рудик предстоит узнать тайну своего рождения.

 
Обозреватель «Прочтения»

Американский постмодернист Эван Дара из тех химерических авторов, кто обходит стороной любые радары публичности, скрываясь под мантией-невидимкой, а может, и вовсе использует псевдоним. Он не дает интервью, не разбрасывается личными фотографиями, даже свои книги публикует в собственном издательстве — в общем, проходит эту жизнь максимально по стелсу. Зато его работы активно шумят, получая награды в области новаторской литературы и попадая в университетские программы. Дебютный роман «Потерянный альбом», написанный в 1995 году, заинтересовал меня и как экспериментальный текст, выводящий прием полифонии на новый уровень, и как расхваленный образец экофикшена — речь здесь идет о распаде общества на фоне экологической катастрофы.

  • Виталий Терлецкий, Катя. Собакистан. Процесс. — СПб.: Терлецки комикс, 2022. — 136 с.

В злосчастном 2022-ом вышло немало русскоязычных комиксов, среди которых есть особо смелые и прорывные — например, «Стационар» Александры Шевченко и первые выпуски трилогии «Смутное время» Алексея Хромогина. Но чтобы составить полноценный список лучшего за прошедший год, мне остается прочитать еще несколько новых книжек. Поэтому январь для меня начнется с «Процесса» — заключительной части «Собакистана» Виталия Терлецкого и художницы Кати. История о песелях, выживающих в тоталитарном государстве, успела побывать в шорт-листе премии «НОС», породила громкие дискуссии и стала важным событием в отечественной комикс-индустрии. Финал этой серии, судя по отзывам, не обещает оптимистичного исхода.

 
Елена Чернышева
Обозреватель «Прочтения»

«Лес повешенных лисиц» я купила через минуту после того, как вступила в чертоги non/fiction, — настолько яркие воспоминания оставил роман Паасилинны «Тысяча Чертей пастора Хуусконена». На его первых пятнадцати страницах, во время похорон дробильщика щебня, сгорает на проводах местная повариха, пытавшаяся спастись от захмелевших и разоривших ее амбары медведей.

Уже только аннотация к «Лесу» не оставляет скуке ни малейшего шанса. Некий бандит скрывается в лапландском лесу от подельников, с которыми он никак не хочет делить награбленное золото. Только уединением тут и не пахнет — вот буквально: то олень позвонит, то медведь, то пьяница-солдафон набредет, то лисенок с пятисотенной купюрой в зубах.

Подозрительно напоминает новогодние каникулы, которые хочешь провести с книжечкой под елочкой, но у друзей на тебя совсем другие планы.

 
Андрей Верещагин
Обозреватель «Прочтения»
  • Олег Стрижак. Вариант. — М.: ИД «Городец», 2022. — 560 с.

Долгие праздничные выходные — самое время почитать что-то долгое. Великий, как говорят, и безумно сложный роман Олега Стрижака, с любопытной историей издания — самое то. Вообще не знаю, что ждать от этой книги, потому как аннотации и отзывы прочитавших уж больно расплывчаты и беспредметны. Уверен, однако, почти наверняка, что ничего толком не пойму. Зато в ряду книжек, самим фактом осиливания которых можно выпендриваться, определенно прибудет. Ну типа: «Вы „Зияющие высоты“ читали? А „Бесконечный тупик“? А „Вариант“? Ну и всё».

 
Юля Измайлова
Обозреватель «Прочтения»
  • Лин Хеджинян. Моя жизнь / пер. с англ. Р. Миронова. — М.: Носорог, 2022. ­­— 160 с.

Поэтесса и эссеистка Лин Хеджинян — одна из ключевых фигур американской Школы языка, названной в честь авангардного журнала L=A=N=G=U=A=G=E, выходившего в 1978–1981 годы. Биография писательницы «Моя жизнь» сегодня прочно вошла в постмодернистский литературный канон. Составленное из разрозненных фрагментов, это стихотворение в прозе, с одной стороны, является своеобразным исследованием роли языка в формировании личной идентичности, а с другой — представляет собой смелую попытку Хеджинян препарировать сам жанр автобиографии, называя литературное произведение «жизнью».

Вниманию читателей предлагается перевод второго, доработанного самой Хеджинян, издания, увидевшего свет в 1987 году. Главное отличие от первого, вышедшего в 1980-м, — количество глав: если в изначальной версии их было 37 — по 37 предложений в каждой, то в дополненном издании соотношение глав и предложений увеличилось до 45/45 соответственно (по возрасту автора на момент написания). Также в книгу вошло продолжение автобиографии — «Моя жизнь в девяностых» (2003).

 

Фото на обложке: wallpaperaccess.com


* организация, запрещенная на территории РФ.

 
Дата публикации:
Категория: Ремарки
Теги: Анна СтаробинецКсения БукшаСамокатЭдуард ЛимоновГородецМИФВиталий ТерлецкийInspiriaКейт Милфорд
Подборки:
1
0
2270
Закрытый клуб «Прочтения»
Комментарии доступны только авторизованным пользователям,
войдите или зарегистрируйтесь
Финалисты были выбраны в шести номинациях, от одной — в Facebook — жюри приняло решение отказаться, поскольку не получило заявок, соответствующих всем требованиями блога, который мог бы претендовать на получение премии. Также количество финалистов на площадке Instagram было увеличено до семи.
Открывая книгу Гракхова, знаешь лишь то, что рукопись — в лонг-листе «Национального бестселлера — 2017». Закрывая — знаешь не больше.
«Бывшего сына» тем временем можно без оглядки включить в шорт-лист современной русской литературы этого года. Книга не о политике, но об истории Беларуси; не о жалости, но о любви; не о слабости, но о мужестве и вере в чудо.

Роман Джеймса Эллроя «Черная орхидея» (1987) искусно соединял каноны «нуара» середины века с непривычной для того времени мрачностью, жестокостью и извращенной сексуальностью. К тому же писатель придал книге эпический размах, не забывая о психологически точных портретах героев. Режиссер Брайан Де Пальма казался почти идеальным кандидатом для экранизации книги. Именно он должен был составить достойную конкуренцию Кертису Хенсону, автору лучшей на сегодня киноадаптации Эллроя, «Секретов Лос-Анджелеса».