Закрытый клуб: регистрация или вход с паролем
Какие книги мы будем читать через сто лет:

Уже в эту субботу «Прочтение» отмечает свой день рождения. В этом году мы совместили наш фестиваль с благотворительным книжным маркетом «Фонарь» и собрали программу литературных мероприятий: лекции, дискуссии, круглые столы, открытые чтения и даже книжный спид-дейтинг. Полный список мероприятий можно посмотреть по ссылке. Событие пройдет в пространстве «Сообщество» на острове Новая Голландия в Санкт-Петербурге.  В преддверии фестиваля мы попросили участников — современных писателей и писательниц — поразмышлять о том, какие современные книги будут читать россияне через сто лет. Целый калейдоскоп изданий — от антиутопий до сборника литературных эссе — в нашей подборке.

P.S.: Вы все еще успеваете помочь нам организовать книжный маркет и принести ненужные вам книги на точки сбора. Все вырученные средства с продаж будут перечислены «Ночлежке».

Купить книги подборки можно, перейдя по ссылкам в названиях.

 
Главный редактор «Прочтения»

То, что тему подборки — какую книгу мы будем читать через сто лет — придумала я сама, нисколько не облегчает ответ на вопрос. Я всегда сознательно удалялась от подобного прогнозирования, говоря, что, в первую очередь, я ученый, и судить о таком — не мое дело. Мол, разберитесь как-нибудь без меня. Попытки найти ответ превратились в размышления то ли о любимой книге, которой я желаю долгой и счастливой жизни, то ли о самой важной книге, по которой потомки что-то смогут понять о нашем времени. Оба варианта, разумеется, будут очень субъективны. Для начала скажу кое-что очень очевидное: в декабре 2022 года мне бы хотелось, чтобы через сто лет читали те книги, которые нам запрещают читать сейчас. А еще хотелось бы, чтобы читали книги писательниц (желательно, не называя их при этом женской прозой): тех самых, которые пишут о России, разной и сложной, о ее бескрайних просторах и внутренних границах, о круге системного насилия и способах его разорвать, о провинции и столицах, о 90-х, из которых мы все вышли, о том, что единой для всех нормы не существует и в нашей стране живут самые разные люди, которые имеют право быть видимыми и сейчас, и через сто лет.

 
Дмитрий Лягин
Писатель

На первый взгляд, это роман о том, какими путями люди попадают в секты и как потом пытаются оттуда выбраться. И пусть декорации современные, на самом деле это вечная история о причинении добра и нанесении счастья — о тех граблях, на которые наступали и еще не раз наступят все харизматичные лидеры в истории. История о том, как благие намерения при сильной концентрации удушают и моментально взрываются от любой критики, как от поднесенной спички.

 
Писательница
  • Ольга Славникова. Легкая голова. — М.: Издательство АСТ: Редакция Елены Шубиной, 2019. — 416 с.

Тексты лауреата премий «Русский Букер» и «Ясная Поляна» Ольги Славниковой стилистически идеальны, полны аллюзий и отсылок. А «Легкая голова» — это потрясающее сочетание плотного языка (не выкинешь ни слова, каждое важно) и динамичного сюжета, который не отпускает до последней страницы: герой безуспешно пытается решить проблему вагонетки — точнее, избежать решения, но жизнь заставляет его сделать выбор. Настоящая современная классика, на которую мне как писателю хотелось бы равняться.

 
Писательница
  • Евгений Водолазкин. Лавр. — М.: Издательство АСТ: Редакция Елены Шубиной, 2021. — 448 с.
  • Мариам Петросян. Дом, в котором... — М.: Livebook, 2022. — 960 с.

Если бы пришлось оставить две русских книги из первых десятилетий XXI века, то я бы выбрала «Лавра» Водолазкина и «Дом, в котором…» Петросян. Обе книги стали культовыми — и на мой взгляд, совершенно оправданно. Водолазкин перекидывает мостик из Древней Руси в современность, отменяя временные, географические и языковые границы. Петросян тоже создает свой миф, в котором переплетаются разные миры и ипостаси персонажей. За счет этого и получается эффект текста, не привязанного к читателю из определенной эпохи.

 
Саша Степанова
Писательница
  • Дмитрий Данилов. Саша, привет! — М.: Издательство АСТ: Редакция Елены Шубиной, 2022. — 248 с.

Если задуматься на сто лет вперед, мне бы очень хотелось, чтобы мои далекие потомки прочли роман Дмитрия Данилова «Саша, привет!». Я бы тогда уронила слезу в омут памяти со словами: «Посмотрите на нас». Чистый, метафорический и предельно честный срез того, что уже происходит и будет продолжаться, пока не закончится. Бытовой повседневный ужас, с которым получилось сродниться; наша жизнь между «Пятерочкой» и МЦК; особенности мышления и психики, которые, кажется (надеюсь), так сложно будет потом понять. И Данилов объясняет все это настолько просто, насколько вообще возможно: у Сережи (главного героя) «много степеней свобод, возможностей выбора, несмотря на всю незадачливость его положения». Комфортная камера перед расстрелом с возможностью пользоваться интернетом. Этот роман может рассказать о нас чуть больше, чем мы сами сейчас о себе понимаем.

 
Писательница
  • Евгения Некрасова. Кожа. — М.: Popcorn Books, 2022. — 352 с.

Сопоставляя историю американского рабства и русского крепостничества, Некрасова исследует природу несвободы — и у нее получается книга, невероятно актуальная прямо сейчас. Это многослойный, страшный и очень красивый текст, насыщенный мрачным фольклором и телесностью. Еще в нем собрана богатая историческая фактура, а опыт рабства описан через женскую оптику, что, например, в каноничной литературе встречается очень редко. «Кожа» — это деликатное и важное высказывание о свободе, угнетении, правах человека и женской силе. Даже сто лет — слишком короткий срок, чтобы исправить все косяки цивилизации, и эти темы будут так же актуальны, как и сейчас.

 
Писательница

Спрогнозировать будущее, даже самое недалекое, из той точки, где мы сейчас, практически невозможно. Сто лет же кажутся совершенно невозможной величиной. Но мне бы хотелось, чтобы через эту толщу времени прошел маленький автофикшн-сборник, где современные авторы рассказывают истории о том, как по-разному складывались их судьбы в 20-х годах XXI века.

Пусть наш далекий потомок — свободный в выборе всех своих идентичностей, проходящий поддерживающую психотерапию с первых разумных своих дней, открытый и радостный, прочитает, как жили мы, и подумает: «Какой огромный и важный путь совершило человечество, а!»

И пойдет чатиться со своим приятелем из соседней галактики, напрочь забыв, что должен был написать сочинение на тему «Что хотел сказать автор».

 
Обозреватель «Правил жизни» и блогер
  • Мария Степанова. Памяти памяти. Романс. — М.: Новое издательство, 2017. — 550 с.
  • Алексей Поляринов. Почти два килограмма слов. — М.: Individuum, 2019. — 278 с.

Первые двадцать лет XXI века будут изучать в том числе по этим двум книгам. «Памяти памяти» — романс, интеллектуальная «Одиссея» с вкраплениями эссе по лабиринтам собственной памяти и памяти других, закрывает наконец русскоязычную литературу XX века и дает надежду на новую, построенную на других принципах. «Почти два килограмма слов» включает в себя эссе «Культура и трагедия» — то самое, из которого родилась страстная полемика. В ее огне выковалась новая волна современной литературы, эссе как бы приветствует ее и задает главные темы. Его будут изучать как ее начало.

 
Любовь Беляцкая
Совладелица книжного магазина «Все свободны»

Хотелось бы верить, что наши потомки не будут так сильно концентрироваться на прошлом и их мысли будут устремлены скорее в будущее. Русский язык будет развиваться вместе с формами прозы, а отечественная литература снова займет заметное место на международной сцене. Поэтому я надеюсь, что наши потомки будут читать метамодернистскую философскую прозу Михаила Куртова и самых безумных сказочников вроде Романа Михайлова.

 
Екатерина Манойло
Писательница

У меня есть несмешная шутка про книги, которые мне понравились с первого прочтения. Я оцениваю, стоят ли они «Ногтей» Елизарова или нет. Этот мрачный синтез «Жестяного барабана» Гюнтера Грасса и «Оскара и Розовой Дамы» Эрика-Эмманюэля Шмитта способен потрясти неподготовленного читателя яркими портретами, диалогами и замашками на канон русской литературы. Со второй книгой я бы схитрила и предложила сборник антиутопий «Время вышло». Во-первых, потому что антиутопии часто оказываются предупреждениями, а если их игнорировать, то и пророчествами. А во-вторых, тринадцать альтернативных реальностей способны рассказать кое-что и о литературном процессе. Куда ж без этого.

 
Обозреватель «Прочтения»

Каков вопрос — таков ответ. С высокой долей уверенности можно сказать, что через сто лет наши потомки будут читать только одну современную книгу: азбуку русского языка. Возможно, даже какое-нибудь из изданий 2022 года, какое именно — гадать не возьмусь. Хотя не исключено, что более актуальным на территории, занимаемой ныне РФ, станет к тому времени учебник китайского, как учит нас Владимир Сорокин. Остальным, включая Владимира Георгиевича, как повезет — тут уж без гарантий.

 

Фото на обложке: из книги REIMAGINING THE LIBRARY OF THE FUTURE

 

 
Дата публикации:
Категория: Ремарки
Теги: Василий ВладимирскийПолина БояркинаМаксим МамлыгаОльга ПтицеваСаша СтепановаВера БогдановаДаша БлаговаАся ВолодинаЕкатерина Манойло
Подборки:
1
0
1754
Закрытый клуб «Прочтения»
Комментарии доступны только авторизованным пользователям,
войдите или зарегистрируйтесь
«140 лет без зимы» в поэзии Максима Матковского и здесь же — «удивительный мир прошлого / в лесу мудаков». Новый выпуск пятничной рубрики «Опыты» — на сайте «Прочтения».
«Подобно Всевышнему, писатель в своей книге должен быть нигде и повсюду, невидим и вездесущ. Как говорят французы, „il brille par son absence“ — „блистает своим отсутствием“». Ставшее хрестоматийным заключение Владимира Набокова то и дело всплывает в памяти при чтении романа «Ищите женщину».
— Можно мне игрушку? Пожалуйста? Ванин вопрос остался без ответа. В комнате было много малышей, однако ни один из них не шевелился. Воспитательница Настя бесшумно сновала между ними и протирала мебель мокрой тряпкой. Ваня, не отрывая глаз, следил за каждым ее движением. Однако Настя ни разу не повернулась к нему. Теперь она шла к креслу-качалке, которое никогда не качалось и в котором неподвижно лежала крошечная Валерия. У девочки были открыты глаза, но она ничего не видела. Настя тоже ее будто не замечала. Она не посмотрела в ее сторону, не коснулась ее, не сказала ей ни слова, словно та ничем не отличалась от деревянных игрушек на полке. Отрывок из книги Алана Филпса и Джона Лагутски «Дай мне шанс. История мальчика из дома ребенка»

Увидеть в малом большое, а в пустяковине — значительное, да еще описать это со смаком гурмана со стажем — ценное качество для того, кто решил отправить читателя в мир, доселе ему неизвестный. Но еще важнее умение сделать так, чтобы этот мир стал для того, кто его постигает… удивительно похожим на его собственный, простой и понятный.