Дарья Кожанова

В издательстве «Новое литературное обозрение» недавно вышла книга писателя и критика Дмитрия Бавильского «Желание быть городом. Итальянский травелог эпохи Твиттера в шести частях и тридцати пяти городах», основанная на его поездке по Италии осенью 2017 года. Для итальянского выпуска «Географии» он рассказал «Прочтению» об «образах Италии» в русской литературной традиции и о взгляде современного путешественника на культурные пейзажи этой страны.
0
0
0
3246
В книге повторяется слово «отвращение»: Леде неприятно все то, что напоминает о животной природе (и она начинает сомневаться в идеализированных отношениях Нины и Элены, когда обращает внимание на изъяны их внешности). Ей противны подгнившие фрукты на столе и цикада на подушке, обнаруженные героиней в ее первый день на море, и червяк, застрявший во рту у куклы. Такую же реакцию у нее вызывает Неаполь, ее родной город, откуда она с юности мечтала сбежать.
0
0
0
2870
В рамках проекта «География» куратор итальянского выпуска Дарья Кожанова рассказывает о многогранной личности детского писателя Роберто Пьюмини, перевод чьей книги «Астралиск» недавно вышел на русском языке. Также мы публикуем его стихотворение о коронавирусе в переводе Татьяны Стамовой.
0
0
0
3886
В новом материале рубрики «География» «Прочтение» рассказывает о том, как реагируют на пандемию коронавируса интеллектуалы (в первую очередь, литераторы) из Италии — страны, которая сильнее всего в Европе пострадала от болезни. 
0
1
0
3774
Действие романа напоминает сумасшедший карнавал на мексиканском Дне мертвых, где серьезное смешивается с комическим (сам Урреа называл книгу «трагической пикареской»), а вульгарное — с трогательным. С юмором обыгрываются библейские мотивы, причем уже в самом названии книги.
0
1
0
3494
Роман — это монолог героини-рассказчицы, тридцативосьмилетней Ольги, ее дневник борьбы с одиночеством и стыдом. Вначале она пытается вести себя взвешенно и спокойно, но потом падает в пропасть ярости и отчаяния. Происходящие с героиней перемены описаны не только на психологическом, но и на физиологическом уровне. Ее надломленность словно проецируется вовне.
0
0
0
5518
«Фамильный узел» и «Шутка» — это «маленькие трагедии» о том, как прожившие жизнь, состоявшиеся люди вдруг оказываются лицом к лицу с прошлым и с самими собой и видят одну пустоту. Жертва, которую они принесли в юности, оказалась бесполезной. В обеих книгах, как в подлинной трагедии, сильны мотивы рока и возмездия.
0
0
1
4522
«Игра» — еще один пример сторителлинга Барикко, немыслимый без сцены и зрителей, и у книги есть свои достоинства и недостатки. С одной стороны, увлекательность, драматизм, блестящие идеи, а с другой — упрощение, фактические неточности и субъективная интерпретация.
0
0
0
6530
  • Предыдущая страница
  • Следующая страница