«Лето»: коллекция рецензий

«Лето» Кирилла Серебренникова — это не документальное кино и не кино об одном только Цое; так, кажется, считают многие критики. «Лето» — картина о жизни, которая проходит — и в которой каждый находит нечто свое. Что именно — можно узнать из коллекции рецензий «Прочтения».

Антон Долин / Meduza 

Конечно, здесь найдется, к чему придраться. Картина не глобальная, а, наоборот, подчеркнуто локальная. Она не будет полностью понятна тем, кто ничего не знает о советской эпохе застоя и подпольном рок-движении: недаром директор Каннского фестиваля Тьерри Фремо, объявляя об участии «Лета» в конкурсе, знаменательно смешал брежневское время со сталинским. Здесь есть нарочито бесформенные фрагменты, в которых спрятана деликатно намеченная лирическая интрига. А еще несколько финалов, будто рок-группа по просьбе фанатов выходит на сцену на бис, еще и еще, потеряв счет времени. И все равно последняя сцена фильма — Цой на сцене, Майк и Наташа в зале — убивает наповал. В том числе поэтому придираться не хочется. Несовершенства «Лета» обаятельны, они делают его живым.

Егор Москвитин / Esquire

Освободившись от всего плотского, сценарий фильма, написанный Михаилом и Лили Идовыми, поднимается очень и очень высоко. Любовь героев складывается из невыносимых жертв, их диалоги похожи на ночные трели за окном, а выборы, которые они совершают, напоминают скорее о все том же «Ла-Ла Ленде», чем о «Довлатове». Меньше всего про «Лето» хочется говорить как про фильм о России или СССР — скорее уж это кино про творческий поиск.

Илья Верхоглядов / Прочтение 

Благодаря этому закулисная жизнь советских рокеров обретает в «Лете» романтический шарм, что редкость для музыкальных байопиков. В большинстве случаев они показывают неприглядную изнанку популярности и низводят кумира до обыкновенного человека со своими слабостями, пороками и страстями («Переступить черту» Джеймса Мэнголда, «Почти знаменит» Кэмерона Кроу). Серебренников обходит стороной этот канон, так как ориентируется на иной жанр и другие смыслы: «Лето» — это ни в коем случае не драма о том, как слава травмирует и портит человека (в конце концов, Цой и Науменко в фильме — все еще очень местечковые звезды), а ностальгическое воспоминание о неугасимом воодушевлении и творческой энергии, которые есть лишь в молодости и которые позволяют забыть о внешних невзгодах и внутренних разладах.

Алексей Филиппов / КИНО-ТЕАТР.РУ

Какой бы пикантности фильму ни добавлял домашний арест Кирилла Серебренникова, как бы Гребенщиков ни обижался на фантазии о самом себе и рок-пантеоне, «Лето» стройно рассказывает, что свобода — это ресурс прививаемый, лучше всего усваиваемый через искусство. И как для Науменко и БГ существовали ролевые модели фасона «Дэвид Боуи», так и для последующих поколений они служили источником каверов на одну большую балладу свободы (и этот «эгоистичный ген» будет транслироваться новыми и порой очень непохожими авторами).

Станислав Зельвенский / афишаDaily

Это как бы два фильма, собранных в один. Первый — изначально обещанная история любовного треугольника Цой — Майк — жена Майка: не будем вдаваться в подробности, но сюжет куда менее скандальный, чем вывеска. Второй — слепок эпохи, групповой портрет в формате видеоклипа, признание в любви к ленинградскому року и в нелюбви к советской власти и все такое.

Елена Смолина / GQ

Пока еще здесь нет максимализма — в любви или не в любви: во времена, предшествующие большим переменам (Цой погибнет в 1990-м, Науменко в 1991-м), место максимализма занимает не конформизм, а проживание. Жизнь, которая пришлась на застой, молодость, которая пришлась на именно это лето. Сторожа днем и музыканты ночью, влюбленные, не позволившие себе влюбленности, люди, не способные (пока) повлиять на систему, — понятные и сегодня герои. Правда, в том случае дождавшиеся все-таки своих перемен.

Василий Степанов / Сеанс

Расслабленная легкость — ощущение, которое настойчиво хочет передать и фильм. Предложение в контексте русского кино непривычное и в чем-то даже фрондерское, если, с одной стороны, учесть, что действие разворачивается под занавес брежневского застоя, а с другой, — что режиссер завершал картину под домашним арестом. Казалось бы, как тут расслабиться? И все-таки «Лето» оставляет за кадром как подробности нелегкой жизни сторожей и кочегаров, которые только и делают, что воркуют о музыке, так и свинцовые мерзости режима. Тетка из главлита в исполнении Юлии Ауг — милашка, а гэбешники — курьезные ребята в пиджачках (интересно, всю ли советскую историю сценаристы Идовы видят так ласково?). Ободранный Ленинград — ландшафт любви, которая пульсирует богато собранным саундтреком — в нем перепетые композиции «Кино» и «Зоопарка» встречаются с желанным для советского человека дефицитом: greatest hits Марка Болана и Лу Рида. Если реальность невозможно переделать, то ее нужно принять и увидеть через черные-белые очки.

Дата публикации:
Категория: Ремарки
Теги: Кирилл СеребренниковЛето