Закрытый клуб: регистрация или вход с паролем

 

 

 

 

 

 

 

Алла Насонова:
«Наше издательство — это лаборатория для молодых авторов»

В России существует множество разных и интересных независимых детских издательств, которые выпускают совремнную литературу русских и зарубежных авторов. Однако многие родители по привычке спрашивают в магазинах книги Чуковского, Маршака и Барто. «Прочтение» запускает новый проект, цель которого — помочь сориентироваться в океане детских книг, созданных современными авторами, и издательствах, в которых они публикуются. Сделать это призвана серия интервью с их руководителями. Она открывается разговором с Аллой Насоновой, директором петербургского издательства «Детское время», которое, наследуя традиции легендарного «Детгиза», больше десяти лет выпускает книги, рассчитанные на все времена. Специально для нашего журнала Алла Юрьевна рассказала Евгении Чернышовой об искусстве переиздания книг, о том, как открывать молодых авторов, и о новом творческом пространстве Северной столицы — Доме детской книги.

 

— Алла Юрьевна, вы долгое время руководили издательством «Детгиз», сейчас его редакция почти в полном составе работает над книгами в «Детском времени». Расскажите, пожалуйста, как произошли эти перемены?

— Я пришла в «Детгиз», который тогда назывался «Издательство “Лицей”» (бывшая ленинградская редакция «Детской литературы»), в 1998 году, когда там практически ничего не происходило, потому что за несколько лет до этого случился пожар и все умерло в одночасье. Издательство лишилось здания, тогда же был распущен почти весь коллектив. Несмотря на то, что формально предприятие никогда не закрывалось, на несколько лет прекратился выпуск книг. В конце 1990-х книги снова стали понемногу выходить. Во многом благодаря тому, что мы вернули издательству имя – «Детгиз». А в 2009 году мы создали издательский дом «Детское время», так сказать, в помощь, потому что детгизовская издательская программа — государственная — была ограничена. В 2016 году государство продало акции «Детгиза», и вся его редакция перешла в «Детское время». Получается, что, лишившись «Детгиза» с юридической точки зрения, мы внутри своего коллектива просто получили вторую линейку развития. К сожалению, государство не совсем удачно продало акции этого предприятия в частные руки, и оно перестало работать. Новый владелец получил предприятие на бумаге, но не набрал другую редакцию, книги они пока не выпускают.

 Каких принципов и правил «Детгиза» придерживается «Детское время»?

— «Детгиз» мог ставить перед собой задачи именно гуманитарного плана: без скидок на сиюминутные вкусы. Мы стараемся развиваться в этом же направлении. Но надо учитывать, что до 1990-х в «Детгизе» был большой коллектив, несколько редакций: дошкольного возраста, младшей школы, подростковой литературы, познавательной литературы, отдельно редакция «Хочу все знать», отдельно редакция «Глобуса» — всемирно известных альманахов познавательной литературы. Это совсем другие возможности. Но мы по-прежнему стремимся делать книги, которые будут актуальны во все времена.

 

        

 Одну из таких книг я держу в руках — «Наши цветы» Екатерины Серовой. Это издание хорошо знают наши родители, но в их детстве она была другой. Расскажите, пожалуйста, о том, как вы переиздаете книги.

— Нам никогда не были интересны просто переиздания, когда в лучшем случае актуализируется обложка. Мы таких книг почти не делаем. Например, когда в начале двухтысячных мы первый раз выпустили после большого перерыва в изданиях книгу с картинками Васнецова «Болтали две сороки», она вызвала бум на рынке, и у читателей был момент фальшивого узнавания. Люди говорили: «Точно такая книжка была у меня в детстве». А на самом деле это не так, потому что мы сделали не просто репринт прекрасной книги. Книгу придумала дочь художника Елизавета Юрьевна вместе с нашим редактором Дорой Борисовной Колпаковой, дизайн книги создал Александр Веселов. Мы подобрали совершенно разные рисунки Васнецова, и ничего подобного при его жизни не выходило.

 
Я убеждена, что классику всегда нужно актуализировать

Другой пример — книга «Наши цветы». Она издавалась неоднократно, но каждый раз художник Наталия Басманова ее перерисовала. Интересно, что на этом примере видно, как развивалась отечественная иллюстрация: от рисунков в духе социалистического реализма до импрессионистских экспериментов. И, как ни странно, чем более абстрактно рисовались эти цветы, тем более узнаваемы они были. И Серова тоже раз за разом переписывала стихи, делала правки, вносила микроизменения, улучшала строки по микрону, пока они окончательно не стали шедеврами. Несколько лет назад мы снова выпустили эту книгу. В таком виде ее никогда не было. Мы учли последний прижизненный вариант стихов, а саму книгу собрали из множества старых изданий и обложек. Видно, как она росла вместе с читателем, как набирала смыслы, как автор кропотливо работал над текстом. Кроме того, частично она дорисована дочерью Басмановой — Марианной Басмановой. Будем переиздавать «Наши цветы» — я еще что-нибудь улучшу.

 Получается, мы говорим о своеобразной эволюции книги?

— Да, я убеждена, что классику всегда нужно актуализировать. Мы помогаем ей сделаться современной, снабженной интересным послесловием, рассказом о судьбе произведения и авторов. Новая книга – не просто молчащее переиздание прошлых лет. В конце концов, со временем меняется не только читатель, но и — банально — полиграфическая база, санитарно-гигиенические сертификаты: размер шрифта, который разрешался в советское время, не разрешен сейчас.

Более наукообразно работает с книгами Илья Бернштейн, он создает «Детские литпамятники». Не просто выпускает «Кондуит и Швамбранию» или «Леньку Пантелеева», а снабжает это подробным комментарием историков и литературоведов. Это третий подход к книге — когда из нее делается объект культурного наследия, такие издания интересны скорее не широкому читателю, а специалистам.

 Наравне с классикой вы много лет издаете молодых авторов. Какие особенности работы с ними вы бы отметили?

— Когда в 2009 году мы начали выпускать первые книги современных молодых авторов, коллеги из успешных столичных издательств говорили, что это никто и никогда покупать не будет. Но мы немного маргинальное издательство: никогда не делали ни серии, ни какие-то коммерческие проекты. В большинстве крупных редакций политику определяет не главный редактор, а отдел маркетинга. Вот сейчас популярны развивалки, завтра — познавалки и так далее. Нам же кажется, что каждый автор неповторим, и в серию его не вписать. Только если сам автор так задумает — как это произошло у нас с Сергеем Ивановым, который создал детский курс разных наук: древней истории, античной мифологии. Получилась серия, которую пишет сам автор.

 
С Барто читатель уже не познакомится лично, а с Настей Орловой запросто

Позже нашему примеру последовали и другие издательства. Потому что оказалось, что молодых авторов награждают премиями, с ними легче работать: это живое лицо, которое может выйти к публике и быть ей интересным. С Барто читатель уже не познакомится, а с Настей Орловой запросто. Мы существуем как лаборатория. Не очень успешная коммерчески, но есть много примеров, когда мы первыми издавали известных сейчас авторов: Анастасию Орлову (мы выпустили ее первую книжку «Яблочки-Пятки», ставшую хитом), Галину Дядину, Нину Дашевскую, Ирину Краеву. Потом ими активно заинтересовались другие издательства. Все мало-мальски живое, в чем мы видим росточек, хочется напечатать. Смотришь, автора уже все знают и издают. Я этому рада, в этом смысле у меня никакой ревности нет. Я с удовольствием слежу за биографиями наших молодых авторов.

 Для многих детских авторов путь в литературу начался с фестиваля «Молодые писатели вокруг Детгиза» (сейчас он называется «Как хорошо уметь писать»), который вы проводите уже больше десяти лет. Что лично вам он дал за эти годы?

— Во-первых, после того как мы впервые провели фестиваль в 2008 году, мы открыли издательство «Детское время». Тогда появилось ощущение, что современных молодых писателей можно и нужно издавать. Во-вторых, я благодарна фестивалю за то, что он подарил мне Галю Дядину, Женю Басову, Настю Орлову, Андрея Жвалевского с Евгенией Пастернак (участников первого фестиваля, которые тогда еще не были так раскручены), Юлию Симбирскую, Сергея Иванова, Кристину Стрельникову — людей большого литературного дарования. Я бы с ними не встретилась, если бы не фестиваль. Такие мероприятия как фестиваль важны, потому что без литературной среды не бывает литературных имен. Ни Пушкин, ни Достоевский, ни Толстой не выросли на пустом месте. В этом году, например, я открыла для себя архангельского автора Дениса Макурина. Я уверена, что из него выйдет большой писатель, мы уже заключили с ним договор. Он создал уникальную литературную карту своего края, новое Пошехонье: коллекцию маленьких историй, написанных потрясающим языком. Хочется немедленно поехать в Архангельск (точнее – село Холмогоры), откуда родом автор и его будущая книга.

 

        

 На ваш взгляд, какие черты должны быть у детской книги, чтобы она стала классикой?

— Через пятнадцать лет работы в издательском деле я сформулировала: если за время нашей бурной деятельности нам удастся создать хотя бы пять книг, которые потомкам захочется переиздать (как мы сейчас жадно переиздаем книги редакции Маршака, 1960-х годов), — значит, мы прожили жизнь не зря. Я уверена, что кто-нибудь когда-нибудь захочет выпустить снова тексты Жени Басовой. Даже если сейчас они несильно коммерчески успешны, это большая литература, к которой люди будут возвращаться. Я уверена, что мы сделали с художником Катей Толстой на долгие годы книжку Сергея Анатольевича Махотина «За мелом», которую в будущем обязательно будут переиздавать.

 
Каждая книга для нас — очень обдуманный шаг

Я думаю, что важно не делать скороспелых продуктов. К такой позиции мы всегда стремимся в «Детском времени». Каждая книга для нас — очень обдуманный шаг. Например, про книгу Серовой и Басмановой можно рассказывать бесконечно. Сколько за ней стоит — и идея, и смысл, и работа, кропотливая, невидимая миру. Но мы гордимся тем, что вернули ее читателю. Ее помнят все наши папы и мамы, они заучивали ее наизусть в детском саду. Я считаю, что это одна из самых пронзительных книг о нашей отечественной неброской природе, о цветах России. Серовой удалось написать стихотворение о ландыше, которое на самом деле о ребенке и о его душе. Крошечные четыре строки. Можно ли сказать, что эта книга несовременна? Это вечные темы.

У нас за много лет сформировался свой неспешный читатель, круг этот, может быть, невелик, но нам хватает. Тиражи наши ограничены, но они находят своего покупателя. Мы все тиражи продаем без остатка и без утилизации, какие-то успешнее и быстрее, какие-то медленнее. И мы уверены в каждой книге — что она душеполезная и является если не искусством, то, как минимум, попыткой искусства.

 

        

 А как, по вашим наблюдениям, изменился издательский бизнес за последние  десять лет?

— Именно за это десятилетие все решили, что детская книга еще продаваемая, а взрослая — уже нет. Взрослых издательств устояло очень мало, но тем они ценнее. При этом спрос на современный роман колоссальный. Я с удовольствием перечитаю Достоевского, кто-то — Толстого, но вообще-то мы хотим новенький роман Быкова. Люди всегда хотят читать про себя сегодняшних. То же самое и с детьми. Они такие же читатели, как и мы: с удовольствием прочтут сказки братьев Гримм, но и истории про Васю Куролесова, без сомнений, найдут своего читателя. И еще я наблюдаю колоссальный взлет детских издательств.

 С чем вы это связываете?

— Во-первых, в стране бэби-бум. Например, пять лет назад, еще при губернаторе Матвиенко, мы высказали идею, что надо делать книжные подарки первокласснику. Валентина Ивановна это поддержала. Когда мы делали библиотеку первоклассника в первый раз, тираж был 35 тысяч экземпляров. В этом году, оказывается, Комитет по печати и взаимодействию со средствами массовой информации издал «библиотеку первоклассника» тиражом в 71 тысяч! Многие взрослые издательства сейчас открывают детские редакции или делают детские серии. Потому что ребенку никто не хочет сразу давать в ручки гаджет, хотят все-таки дать книгу.

 
Совокупные тиражи книг всех наших детских издательств не перекроют то, что издавалось в советское время

Я сначала с бурным восторгом наблюдала за тем, как много появляется издательств. Меня спрашивали про конкуренцию, я говорила: «Даже если мы все приложим максимум усилий, мы не издадим годовой объем книг “Детгиза”1980-х годов». Совокупные тиражи книг всех наших детских издательств не перекроют то, что издавалось в советское время, и не сделают книгу общедоступной, она все дорожает и дорожает. Ленинградское отделение «Детгиза» («Детской литературы») выпускало книги с минимальным тиражом 70–150 тысяч, в год выходило 180 книг и более.

Но сейчас огромное количество открывающихся детских издательств стало настораживать, книги издают все, кому не лень, часто не имея опыта, эстетической и профессиональной базы. Не думаю, что это хорошая тенденция. Тем более что страна все равно тонет во мраке, никто не видит того, что мы издаем, все остается в Москве и Петербурге. У нас 55 тысяч детских библиотек в стране — мы выпускаем двухтысячный тираж и продать его не можем годами. Это значит, что в этих библиотеках, даже в Ленобласти, за исключением города Сланцы, Кириши и еще двух-трех активных местных библиотек, просто нет современных книг.

 Как можно изменить эту ситуацию?

— Конечно, нужна государственная политика. Вроде бы недавно вышел указ о поддержке детского чтения и книгоиздания, создана концепция. Концепция есть, а книг по-прежнему нет. В библиотеках в том числе. При этом есть исследования, что если взять население любого города, например, Петербурга, за  сто процентов, то двадцать процентов людей окажутся «литературоцентричны», пятнадцать не могут обойтись без музыки, и пять процентов — без театра. Это значит, что двадцать процентов читающих детей всегда будут в любом классе. И при нашем количестве школьников, если бы родители имели возможность покупать книги, всем издательствам этого бы вполне хватило. Но без государственной политики издательствам не получится полноценно развиваться, распространять книги в регионы и удаленные уголки страны и — главное — ставить на них адекватные цены.

 

        

 В этом году фонд «Дом детской книги», который вы возглавляете как президент, обрел дом — случилось долгожданное открытие в Саперном переулке. Расскажите, какие у вас планы в этом направлении?

— «Дом детской книги» — не наше изобретение, в начале 1950-х годов он был создан как самостоятельная институция на базе издательства «Детская литература» и не без поддержки ведущих писателей страны, в том числе Маршака и Чуковского, сразу в двух столицах, Москве и Ленинграде. Это была творческая лаборатория, которая занималась изучением детской литературы, пропагандой детского чтения и тому подобным. Мы решили повторить этот опыт. В 2012 году мы создали Фонд «Дом детской книги». Провели много событий, ставших регулярными: Неделю детской книги, Всероссийский фестиваль молодых детских писателей «Как хорошо…», литературную премию имени С. Маршака, презентации детских книг, творческие встречи с детскими писателями, выпуск серий книг о книгах и многое другое. Но у фонда не было своего помещения. В прошлом году Правительство Санкт-Петербурга выделило нам помещение, мы долго приводили это место в порядок, и теперь Дом детской книги открыл свои двери. Дом детской книги — это центр кропотливого изучения отечественной детской литературы. То есть мы исследуем читательскую реакцию, поэтому хотим видеть наших читателей здесь как можно чаще. Ну и потом — это уютная площадка, где все могут встречаться: писатели с читателями, писатели с художниками, художники с исследователями, критики с писателями.

 Какие из изданных за эти годы книг вы бы отметили для себя как самые важные?

— Каждый год мы издаем тридцать книг, и двадцать девять из них для меня важны. Я, как детей, люблю свои книги, каждая стоит колоссального труда, про каждую можно рассказывать длинную историю: от зарождения идеи до тонкостей оформления. В какой-то момент, когда разваливался «Детгиз», я решила: выпущу четыре тома детских книг (включая переводы из братьев Гримм) одного из великих писателей двадцатого века Александра Ивановича Введенского, текстов которого для детей вообще не было в читательском обороте, и все — можно считать программу выполненной. Потом были (и есть!) другие идеи: в Доме детской книги началась интересная серия с таким же названием. Это книги Михаила Яснова «Путешествие в Чудетство», Евгении Путиловой «Золотых ступенек ряд», сейчас вышла книга Валерия Шубинского «Старая книжная полка», готовятся еще три книги — то есть, это разговоры о детской книге вообще, о ее чудесах, смыслах и колоссальном воспитательном опыте. Вот выпустим их все… и придумаем что-нибудь еще, ради чего стоит жить и развиваться, несмотря на все трудности.

 

Фото на обложке: Сергей Махотин

Дата публикации:
Категория: Ремарки
Теги: Александр Введенский Анастасия ОрловаВалерий ШубинскийДЕТГИЗИлья БернштейнМихаил ЯсновСергей МахотинДом детской книгиДетское времяАлла НасоноваЕкатерина СероваНаталия БасмановаЕвгения Путилова
0
0
5482
Закрытый клуб «Прочтения»
Комментарии доступны только авторизованным пользователям,
войдите или зарегистрируйтесь
Фонд «Дом детской книги», существующий в Санкт-Петербурге с 2012 года, открыл краудфандинговую кампанию для того, чтобы наконец-то открыть собственную площадку.
Шесть голосов, сменяющихся один за другим: голос матери, голос насильника, голос жертвы, голос жены насильника, голос отца и, под конец, голос депутатки. Список героев — точь-в-точь состав телешоу, где перед рекламой попросят не переключаться вовек. Каждый рассказывает историю — то ли свою, то ли одну и ту же — и каждый хоть в чем-то несчастен.
Евгения @knigagid Власенко — книжный Instagram-блогер с многотысячной аудиторией, автор собственной передачи PitStop на YouTube-канале, куда она приглашает различных литературных деятелей, финалист премий «_Литблог» и «Блог-пост». В интервью «Прочтению» Евгения рассказала, как профессии финансиста и маркетолога помогают ей в продвижении, чем могут быть плохи литературные премии и почему никакой войны между критиками и блогерами на самом деле нет.
В рамках Дней детской книги в Библиотеке книжной графики покажут иллюстрации, эскизы, эстампы, литографии, обложки и книги мэтров книжной графики 1920–1930 годов.
Малышня, вырвавшись из поля зрения взрослых, прячет за щеками лимонные леденцы, которые потом почему-то прилипают к подошвам. Празднование 80-летия «ДЕТГИЗа» в разгаре. Родители мучительно размышляют, какие современные герои могут заменить Незнайку, а над детскими писателями словно парит Питер Пэн, нашептывая на ухо: «Не взрослейте!»