Память, говори!

Джанет Уинтерсон приобрела широкую известность после выхода в 1985 году автобиографического романа «Не только апельсины», впоследствии экранизированного. Четверть века спустя она вновь возвращается к истории своего детства в приемной семье, наполняя текст большим количеством ужасающих деталей. Смелое и откровенное, это пытливое исследование прошлого становится для писательницы личным сортом терапии, которое примиряет ее с собой, позволяя наконец стать по-настоящему счастливой. 

Уинтерсон родилась в 1959 году в Манчестере, в раннем возрасте ее удочерила пара пятидесятников, которые жили религией и мечтали, что однажды Джанет станет христианским миссионером. 

При этом обстановка в их семье была далека от идиллической. Спартанские условия жизни, типичные для того времени: отсутствие удобств в доме, скудное питание и суровое воспитание — не добавляли маленькой Джанет жизнерадостности и веры в себя. Мать часто выгоняла девочку на улицу, причем даже в ночь, а отец, большую часть времени проводивший на работе, дома во всем потакал строгой миссис У. — так называет мачеху в тексте сама писательница. 

Приемная девочка для семейной пары была не радостью и утешением, а заменой биологического ребенка, которого они иметь не могли. Отсюда бесконечные попытки страдающей от депрессии психически нездоровой матери, хранящей револьвер в ящике с тряпками и щетками, и ночами выпекающей пироги, сделать из реальной Джанет идеальную. На деле эти попытки оборачивались рукоприкладством со стороны отца, бесконечным чтением молитв и штудированием цитат из религиозных текстов. 

Вдобавок о настоящей матери девочки миссис У. всегда отзывалась исключительно негативно — так у Джанет сформировалось стойкое чувство, что она никем не любима и никому не нужна.

Приемный ребенок — всегда чужак. Ты не чувствуешь принадлежности к группе и ведешь себя соответственно. 

Я никогда не верила, что приемные родители любят меня… Понадобилось много времени, чтобы научиться любить — и отдавать любовь, и принимать ее. 

Большая часть повествования построена вокруг этих несчастных людей, обреченных полтора десятка лет существовать в герметичном и неустроенном пространстве, для которых самые большие радости — купить пироги с картошкой да после ярмарки поесть бобов в ближайшей забегаловке. 

Джанет — единственная в семье, кто, несмотря на обстоятельства, пытается следовать своему пути, а не идти проторенной дорожкой в обреченное никуда.

Я не хотела угодить в этот пчелиный рой рабочего класса. Я хотела работать, но не так, как отец. Я не хотела исчезнуть. Я не хотела родиться и умереть в одном и том же месте, выехав разве что на неделю к морю. Я мечтала о побеге… 

Выбор профессии становится для бунтарки Джанет актом избавления от шаблонов, навязанных ее окружением. Несмотря на возражения родителей, она решает связать свою жизнь с литературой, с книгами — редкими гостями в их доме, ведь в семье Уинтерсонов главная книга (Библия) уже есть, а к чему другие, им совершенно непонятно. 

Зачем быть счастливой (читай — делать то, что хочешь), если можно быть нормальной (то есть — как все)? — недоумевает мать. Возможно, причина кроется в ее конформности, болезни, или окружении, или обстоятельствах жизни. Но это, в сущности, и неважно. Ведь своим жестким «воспитанием» миссис У. побуждала Джанет к побегу, к свободному от предрассудков существованию (хотя их ее ждет еще предостаточно — даже в либеральном Оксфорде 1980-х, как выяснится позже, хватает преподавателей, которые с радостью высмеивают женщин с писательскими амбициями) к ее встрече с самой собой и, в конечном счете, со своей настоящей матерью. 

Парадоксальным образом эти стремления возвращают уже взрослой Уинтерсон жажду жизни, которую она в какой-то момент утратила (оно и немудрено, с таким травмирующим прошлым), а ведь именно оптимизм спасал ее на протяжении всего несчастливого детства, когда единственной отдушиной были написанные кем-то слова и придуманные кем-то истории.

Я верю в силу литературы и в силу историй, потому что благодаря им мы обретаем дар речи. Нас не заставить молчать. Все мы, проживая травму, обнаруживаем, что запинаемся и заикаемся… Слова застревают в горле. Через язык мы возвращаем себе возможность говорить… Мы открываем книгу. Кто-то готов прийти нам на помощь и уже подобрал слова.

Любить жизнь вопреки обстоятельствам гораздо сложнее, особенно если ты только начинаешь самостоятельный путь и чувствуешь себя так, словно у тебя нет кожи. Имея такое мрачное прошлое, даже став взрослым, примириться с ним и научиться вновь доверять людям не так-то просто, но возможно. И в этом нас убеждает облеченная в форму автобиографических заметок фрагментарная и искренняя проза Уинтерсон, являющая читателям потрясающий пример несломленной воли и верности своему пути, который послужит утешением и добрым напутствием всем тем, кому в детстве пришлось несладко.

Меня очень часто переполняли гнев и отчаяние. Мне всегда было одиноко. Но вопреки всему я любила и по сей день продолжаю любить жизнь.

 

Дата публикации:
Категория: Рецензии
Теги: No Kidding PressДжанет УинтерсонЗачем быть счастливой, если можно быть нормальной?
Подборки:
1
1
11810
Закрытый клуб «Прочтения»
Комментарии доступны только авторизованным пользователям,
войдите или зарегистрируйтесь