Право быть неловкой

• Яна Москаленко. Автоблокиратор // Невидимые голоса: сборник автофикшн-рассказов. — М.: Popcorn Books, 2022.

Рассказ Яны Москаленко «Автоблокиратор» вышел в сборнике «Невидимые голоса», составленном из текстов финалистов литературного конкурса издательства Popcorn Books и автофикшн-вебзина Autovirus. Весь сборник строится вокруг человеческого опыта, который обычно остается на периферии социального восприятия. Это истории о травме, уязвимости и бесконечном ощущении собственной «неподходящести». 
Сюжет «Автоблокиратора» представляет собой полотно из рифмующихся эпизодов, объединенных предчувствием надвигающейся опасности. Речь идет о перманентном столкновении женщин с разными формами сексуализированного насилия. Москаленко показывает, как плотно подобный опыт вшит в повседневность женщин. Героиня рассказа привыкла, что угроза, скрытая и явная, является фоном ее жизни, и ведет себя соответственно. 

Я с детства боялась быть неудобной — на встречи всегда приходила немного заранее, вовремя сдавала работы, не переносила договоренности (даже если страшно раскалывалась голова и хотелось вздернуться), не отказывала в просьбах знакомым. Задерживать таксистов тоже неудобно, поэтому я уже минут пять тряслась у обочины, спрятав пальцы в рукава куртки, чтобы точно не отвалились.

Тема «неудобности» является одной из центральных в рассказе и представлена как выученная модель поведения, формирующего уязвимость. В «Автоблокираторе» эта уязвимость складывается из привычки сглаживать, уступать, не обострять, быть «правильной». Это одновременно и ловушка, и защитный механизм — иногда едва ли не единственный способ выжить в ситуации, где прямая конфронтация невозможна.
Для прозы Москаленко характерна также и работа с телесностью. Страх концентрируется в сбивающемся дыхании, потных ладонях, севшем голосе. Внимание и героини, и читателя цепляется за странные, почти случайные вещи — стук каблуков, судоку, кнопку автоблокиратора на двери. Из этих мелочей строится как нарратив, так и эмоциональная динамика текста, через которую героиня пытается удержать контроль над ситуацией. 

Меня будто подбросило на месте, всю передернуло, хотя я точно знала, что не пошевелилась. Только глаза забегали по салону. Это чувство всегда приходило очень резко — начинали потеть подмышки, сердце скакало то в животе, то в горле, перехватывало дыхание. А водитель все говорил и говорил — не затыкался, не отцеплялся. 

В своей прозе Москаленко последовательно работает с темами уязвимости и замалчиваемого опыта. «Автоблокиратор» в этом смысле показателен: частная история постепенно раскрывается как часть коллективного переживания, к сожалению, знакомого многим женщинам. 
Несмотря на общую мрачность сеттинга, финал все-таки не лишает читателя надежды. После очередной агрессивной ссоры со своим молодым человеком, героиня дергает автоблокиратор на двери и буквально вываливается из машины на дорогу. Жест кажется неловким, почти комичным, но именно в этой неловкости возникает пространство для воздуха и движения, и героиня наконец обретает агентность и вместе с тем находит в себе силы выйти из навязанного и опасного сценария.