Все – за одного

Жанр репортажа оправдан, когда кто-то стреляет, тонет, горит или хотя бы прибивает к Красной площади свои жизненно неважные органы. Или если автор планирует обличать пороки микросистемы, внутрь которой ему удалось шпионски проникнуть. События же церемонии вручения премии «Русский Букер» совсем иного свойства.

Придется разочаровать тех, кто ждал сенсационного разоблачения (при желании масонский заговор можно и в литературной премии усмотреть), и признаться, что вместо перформанса, митинга или любого другого модного нынче площадного представления мне удалось стать свидетелем лишь маленького предновогоднего чуда — demo-версии торжества здравого смысла — исчезновения гигантского рекламного чемодана небезызвестного бренда из-под окон ГУМа.

Через призму опыта 2013 года расскажу о механизме работы литературной премии «Студенческий Букер».

Я обрела статус члена жюри «Студенческого Букера» и вместе с ним четырех коллег после того, как мое конкурсное эссе об одном из романов нынешнего букеровского лонг-листа вошло в пятерку лучших по стране. Вскоре мы прочли работы друг друга, а также автобиографии, написанные специально к голосованию, и избрали председателя жюри. В моем лице. Тогда же стал известен и лонг-лист «Студенческого Букера». В него вошли пятнадцать романов, с которыми нам предстояло познакомиться до начала московских событий.

Заседания студенческого жюри в РГГУ (Центр новейшей русской литературы которого занимается организацией этого проекта) были запланированы на конец ноября. В первый день работы мы наконец увидели живьем не только друг друга, но и саму статуэтку, которую мне как председателю предстояло вручить на торжественной церемонии. Но главное — определили шорт-лист и написали свой манифест.

Между заседаниями и церемонией вручения прошла почти неделя, в течение которой каждый из членов жюри хранил молчание о том, что творилось за закрытыми дверьми. Этика неразглашения решений жюри — совершенно здравое условие функционирования проекта. Справедливости ради отмечу, что непосредственный формат обсуждения на заседаниях зависел только от нас самих, и потому на практике вышло что-то похожее на дружеские посиделки на кафедре. Без лишних формальностей и церемоний.

Следующий день стал решающим. Мы выбрали роман-победитель, утвердили формулировку, прозвучавшую на вручении. Любопытно, что оба заседания обошлись без яростных споров, рукоприкладства и прочих невероятных вещей, о которых нас неоднократно предупреждали организаторы. Коллеги у меня были просто замечательные. Кстати, так случилось, что в 2013-м в студенческом жюри не оказалось ни одного представителя вуза-организатора. Состав получился интересный: СПбГУ, МГИМО, Литературный институт им. А.М. Горького, ННГУ им. Н.И. Лобачевского и ЧелГУ.

Результаты своих трудов (скорее приятных, чем тяжелых) мы представили на торжественном букеровском обеде 4 декабря. Вручение «Студенческого Букера» по традиции происходило за полчаса до объявления лауреата основной премии. И все это действо с едой, напитками, живой классической музыкой, вечерними платьями и смокингами разворачивалось в пятизвездочном отеле «Золотое кольцо». «Пропускной режим» на мероприятие был строжайшим: 100–150 человек, VIP из VIP. Приглашения в конвертах, места за столами точно расписаны, постепенно прибывавшие гости вечера дефилировали с шампанским у фонтана.

Меня как председателя жюри познакомили с литературным секретарем премии и главным редактором журнала «Вопросы литературы» Игорем Шайтановым. Он и известный филолог и критик Дмитрий Бак представили меня публике прежде, чем я объявила лауреата юбилейного десятого «Студенческого Букера». Моя роль заключалась в создании интриги: гости томились в ожидании развязки — объявления лауреата, выбранного профессиональным жюри, — в течение тридцати минут.

Сначала все развивалось по обычному сценарию. Однако после объявления результатов нашего голосования из зала раздались воодушевленные призывы:

— Поцелуйте же его! Поцелуйте лауреата!

Нет вопросов: чмокнула писателя в щеку на глазах у ликующих литераторов. На волне всеобщего веселья моему примеру последовала и коллега по студенческому жюри из Челябинска. Взоры обратились на последнюю незадействованную в «целовании лауреата» девушку из нашей компании. Она смущенно попятилась. Но вот беда: на ее пути оказался один из микрофонов, и фразу «Нет, у меня помада. Я не буду!» услышали все без исключения гости вечера. Так что со своей отвлекающей функцией мы справились на ура. Посмеивались то тут, то там еще минут десять.

Удивление публики, вскоре узнавшей, что выбор студенческого и основного жюри на этот раз совпал, было не передать словами! Это произошло второй раз в истории премии. Андрей Волос получил обе премии «Букер» за роман «Возвращение в Панджруд»! В этот момент становится оправданным такое краткое «спасибо» писателя как реакция на нашу студенческую премию. Слова пригодились ему после.

Мы отправились в соседний зал на пресс-конференцию победителя, и уже через несколько минут информация о судьбе «Русского Букера — 2013» появилась в сети. Затем, вернувшись в банкетный зал, мы выпили за успешно завершенное дело, за хорошую книгу и пообщались с известными литераторами в непринужденной обстановке. Бокалы наполнились снова. Занавес.

Дата публикации:
Категория: Герои / сюжеты
Теги: «Возвращение в Панджруд»«Русский букер»Андрей Волос
406