# Русская литература

Алексей Моторов. Преступление доктора Паровозова

Все дружно уткнулись в телевизор. Один из верхних этажей Белого дома уже горел, и оттуда валил черный дым. Танков стало уже четыре, да и бронетранспортеров прибавилось. Какие-то люди в военном и гражданском разбегались кто куда.

В «Буквоеде на Восстания» пройдет презентация «Литературной матрицы»

Посвятить «Советскую Атлантиду», третий том проекта, свидетелям строительства светлого будущего — отчаянное, по словам Вадима Левенталя, предприятие. Говорить всерьез о советской литературе, хорошо процеженной всеми стадиями цензуры, долгое время было как-то неприлично.

Анна Старобинец. Икарова железа

Началось с мелочей. Задерживался, иногда допоздна, — и как ни наберешь его, абонент недоступен, хотя, вроде бы, не ездил в метро. А дома, по вечерам — не каждый день, но все же бывало, — уходил с телефоном в дальнюю комнату или в ванную и плотно закрывал дверь...

Алексей Иванов. Ёбург

Город разрывало удивительными событиями, грандиозными переменами, жуткими откровениями эпохи... Название Екатеринбург были слишком «дисциплинированным». Язык искал адаптированные варианты. По аналогии с Питером был предложен стильный Катер — но нет, не прижилось. И тогда явился Ёбург.

Дина Рубина. Русская канарейка. Желтухин

Короче, она попрощалась, а у нас осталось чувство приятной встречи и удачно начатого дня. Есть такие люди, с легкой рукой: зайдут, купят за пятьдесят евро плевые сережки, а после них ка-ак повалят толстосумы! Так и тут...