# Андрей Иванов

Четвертая часть трилогии

Заглавный образ, батискаф, тоже отсылает к пребыванию на некоторой границе: находясь в нем, человек вроде бы опускается под воду, но с ней не соприкасается. От непригодной для жизни стихии его отделяют толстые стекла и стенки, сквозь которые можно смотреть на потусторонний мир, но картинку получать с искажением. И роман, как батискаф, погружает героя в воспоминания, в первую очередь — детские. Большинство из них гиперболизированные, и следующие одно за другим преувеличения захватывают все больше и больше места в тексте, создавая отнюдь не комичный, а ужасающий гротеск.

Книги Текст: Елена Васильева
Андрей Иванов. Аргонавт

На мой взгляд, роман — это излишество, придуманное хитрыми поэтами, чтобы доить людей, у которых завелись деньжата (перенесли театральное представление на бумагу; самый очевидный образец — Достоевский, комедиант со страшилками в мешке).

Дайджест литературных событий на декабрь: часть 1

Несмотря на то, что Non/fictio№17 позади и календарный год приближается к концу, литературная жизнь не сбавляет обороты. В Москве пройдут финальные встречи в рамках Поэтического лектория ЗИЛ, а также последние лекции о новейшей литературе Константина Мильчина. В Петербурге состоится Международный культурный форум, а в Воронеже – «Мандельштамфест». Кроме того, слушателей ждет рассказ о графических романах, открытая читка «Чеченских дневников» и ряд поэтических выступлений.

Андрей Иванов выступит в Петербурге

На встрече писатель ответит на вопросы аудитории и прочтет отрывки из романов «скандинавской трилогии»: «Путешествие Ханумана на Лолланд», «Бизар» и «Исповедь лунатика» .

Андрей Иванов. Исповедь лунатика

Всё, к чему бы я ни прикоснулся, холодное. Меня давно ничто не беспокоит. К сорока годам я развил такую скорость, что разваливаюсь на ходу. Но продолжаю подбрасывать уголь. Вы себя убьете. Я сам знаю. Разве мне можно это запретить? Вы — сумасшедший. Не я один. Безумие разлито вокруг.

Эксгумация души

Тексты Иванова построены до того изощренным образом, что время от времени кажется: «пуля припоминания, заложенная в барабан памяти», вот-вот выстрелит читателю в висок.

Книги Текст: Елена Васильева
Премия «Большая книга» огласила лонг-лист

За право выйти в финал будут бороться Захар Прилепин, Сергей Шаргунов, Ксения Букша, Владимир Шаров, Светлана Алексиевич, Андрей Иванов и еще 23 автора. В длинный список девятого сезона вошло 29 произведений из 359 присланных в адрес премии книг и рукописей. По словам председателя Совета экспертов Михаила Бутова, единогласно о включении в конкурсное соревнование были выбраны лишь три позиции, по остальным текстам эксперты вели долгие обсуждения.

Андрей Иванов. Харбинские мотыльки

До встречи с Тополевым поручик ничего из себя не представлял. Чубатый, глухой на одно ухо. Выглядел так, будто жил на вокзале в ожидании эшелона, который понесет его дальше, на какой-нибудь невидимый фронт.

Андрей Иванов. Путешествие Ханумана на Лолланд

Вот одно из возможных будущих русской литературы: сочинения экспатов, для которых русский — хоть и родной, да не единственный; тексты, почти неотличимые от переводов с английского, с интернационалом действующих лиц, с сюжетом-квестом, с генеалогией от «На дороге» Керуака и «Джанки» Берроуза до рассказов Жадана и «Фактора фуры» Гарроса-Евдокимова, и уж, конечно, не без Лимонова. Рецензия Андрея Степанова.

Книги Текст: Андрей Степанов