Два трупа на минус седьмом этаже

  • Юлия Яковлева. Каннибалы. — М.: Эксмо, 2020. — 640 с.

За последние пару-тройку лет писательница и искусствовед Юлия Яковлева создала несколько литературных проектов разной степени популярности. Самыми успешными можно назвать серию «Ленинградские сказки» о маленьких Шурке и Тане, переживающих все невзгоды XX века — от репрессий до блокады, — а также серию «Хранить вечно. Криминальное ретро» о сыщике Зайцеве, сотруднике ленинградского угрозыска 30-х годов. Кроме того, Яковлева регулярно обращается к наследию классической русской литературы и пересматривает его с современных позиций, сохраняя при этом уважительное отношение к материалу. Ее «Азбука любви» раскладывает известные романтические сюжеты на вредные и полезные советы, а книжный сериал «Поэты и джентльмены» подшучивает над величайшими отечественными авторами — Пушкиным, Лермонтовым, Гоголем и Чеховым. В новом романе «Каннибалы» писательница пытается свести воедино две своих главных страсти: балет и детектив, — отказавшись от реконструкции исторических эпох, оставив действие в современности и отсылая лишь к недавнему прошлому.

Текст начинается с монолога персонажа, которому спасает жизнь незнакомец. Так Яковлева сразу дает читателю понять, что ему придется научиться резво ориентироваться в сюжете, если хочется осознавать, что же происходит: в первой главе — ни имен, ни каких бы то ни было ориентиров, только погружение в атмосферу «Каннибалов». Писательница представляет пару антагонистов: Бориса, главу вымышленной государственной компании по добыче алмазов, и Петра, бывшего мента; «мутного» начальника и благородного наемника-решалу, работающего на неофициальных условиях. Первый дает второму задание: найти пропавшую девушку.

Роман «Каннибалы» устроен подобно зданию театра. Самый простой сюжетный уровень аналогичен первому этажу. Заходим в здание, и пока все понятно: вот гардероб, вот туалеты, вот лестницы выше, на тот этаж, где зал, где сцена.

На втором «этаже» книги тоже сцена. Госкомпания и ее руководитель оказывают поддержку взошедшей звезде российского балета — Дарье Беловой. Она переезжает из Петербурга в Москву, чтобы танцевать в труппе Большого театра, и оказывается белой вороной среди московской публики. Чаще всего она общается с Борисом, главой компании-спонсора, — во многом потому, что он тоже когда-то переехал в столицу из города на Неве.

Третий «этаж» — выходы на балконы первого уровня. Здесь читателю придется разбираться с тем, что же за девушка пропала и почему ее надо найти. Ответов на эти вопросы нет ни у читателя, ни у героя, который занимается поисками, и появятся они только ближе к концу романа.

На четвертом «этаже» читателя встретят семьи главных героев, страдающие от весьма сложных взаимоотношений. На пятом — вставной сюжет о журналистах, пропавших в Конго. На шестом — интриги в балетной труппе Большого театра. На седьмом…

Я только сейчас понял: он мне тогда не соврал. Он вообще довольно честный. Без крайней необходимости не врет. Чисто для гамбургского счета: той ночью обманул его — я. Так уж вышло. Когда во рту полно крови, не поговоришь, поэтому скажем так: я ему не сказал правду. Про фотку в бумажнике, из-за которой он меня и пожалел. Но об этом я как-нибудь потом расскажу. Сейчас важно, что той ночью не обманул меня — он. Он тогда сказал чистую правду: он — очень плохой человек.

Роман Юлии Яковлевой с каждой страницей наращивает не только сюжетные, но и смысловые пласты — тоже «этажи», уходящие вниз. На минус первом — тема балета, как классического, так и современного. Яковлева вшивает в текст и громкие имена Плисецкой и Улановой, и закручивает небольшой внутренний сюжет вокруг фигуры менее известной широкой публике танцовщицы Марии Тальони, жившей в Италии в XIX веке, и интригует рассказами о том, какие балерины не могут танцевать Жизель. Она дает представление не только о том, кто может попасть в кордебалет, а кто — в миманс, но и вообще о том, в каких условиях могут проходить репетиции, прогоны, и какие настроения царят в гримерных.

Все одинаковые, и все — «жопы». По имени Вера Марковна не называла никого. Зачем? «Жопа» — это ведь не ругательство. Балет вообще такой: оставь свое достоинство в гардеробе, всяк сюда входящий. Все работают с детства, стремясь к совершенству. По сравнению с совершенством, да, ты жопа. Так что обижаться нечему. Жопа — это просто обращение. А ругательство — «жопа жирная».

На минус втором этаже воображаемого театра «Каннибалы» — отсылки к самым громким событиям последнего года: от отравления Сергея и Юлии Скрипаль в Великобритании до убийства журналистов Орхана Джемаля, Александра Расторгуева и Кирилла Радченко в Центральноафриканской республике. Контекст, в который вписаны эти события, пусть и явленные в тексте иносказательно, тоже максимально актуальный: здесь фигурирует президент с инициалами В. П., госкорпорации правят бал, а зарубежного балетмейстера могут арестовать из-за его сексуальной ориентации. В общем, роман из разряда «для тех, кому новостей мало»; разгадывать, кто может быть прототипом того или иного героя, то чрезвычайно увлекательно, то ужасно утомительно — потому что лучше всего Яковлевой все же удается писать не про подковерные интриги, а про балет.

Минус третий этаж занят темой изменчивости времен и неизменности человека. Глава госкорпорации Борис, пусть и респектабелен и занимает важный пост, ведет себя, как бандит из девяностых: то займется контрабандой, то продаст кому-то оружие, да и «убирать» людей ему не впервой. Его соратники и противники ощущают себя примерно так же, и за их образами считывается диагноз Яковлевой российской элите: она сменила личину, приоделась, стала мягче в методах, но в сущности за последние двадцать лет нисколько не изменилась. Каннибалами как были, так и остались.

Боброва не подстрелили в девяностые, не посадили по уголовной статье в «нулевые», а в десятые — по экономической. Хотя причин получить пулю или сесть, хоть по уголовной статье, хоть по экономической, у Бобра было предостаточно. Столько, что знать их все не мог ни один человек, кроме самого Бобра. Столько, что никакой удачи, никаких мозгов не хватило бы, чтобы выскочить. Но Бобр был жив и на свободе.

Обилие сюжетных линий, каждая из которых чрезвычайно увлекательна, лишь уводит сюжет в сторону: успеваешь подзабыть, что катализатором встречи всех этих героев стали поиски пропавшей девушки. Особенно настораживает, как повествование из крайне подробного превращается в пунктирное: апофеозом становится финал «Каннибалов»: длина главок сокращается практически в геометрической прогрессии. Но если структуру концовки можно списать на прием, то бесконечное расширение художественного мира и неравномерное его развитие назвать приемом довольно сложно. Более того, кажется, это особенность многих текстов Яковлевой: писательница отлично придумывает новые сюжеты, а потом будто остается в растерянности перед необходимостью свести их воедино — в результате финал становится необходимой формальностью, но не закономерным итогом. Если вернуться к аналогии с театром, то у здания были бы колонны и крыша, площади которой не хватает, чтобы накрыть их все. Это колонны, которые водят хоровод вокруг крыши, а не становятся опорой для нее.

В какой-то момент становится не так уж и интересно, что стало с бедной девушкой, послужившей поводом для столь насыщенного рассказа — а сам рассказ, кажется, только бы выиграл, если бы его разбили на несколько более мелких романов с четкой структурой. «Каннибалы» ставят перед собой несколько целей: создать слепок с современности, закрутить детективный сюжет, обрамить его балетом — и справляются с этим только отчасти, чаще напоминая какую-то чрезвычайно любопытную мешанину из интересностей и пары трупов. Но огромное преимущество книги, конечно, в том, как она написана. Юлия Яковлева любой свой текст делает таким обаятельным, что в его власти оказываются даже скептически настроенные поклонники.

Дата публикации:
Категория: Рецензии
Теги: Елена ВасильеваЭксмоЮлия ЯковлеваКаннибалы
Подборки:
0
0
1138

Закрытый клуб «Прочтения»
Комментарии доступны только авторизованным пользователям,
войдите или зарегистрируйтесь