Непечатное слово

  • Марат Басыров. Печатная машина. — СПб.: Издательская группа «Лениздат», «Команда А», 2014. — 224 с.

    Как относиться к нецензурной лексике в произведениях искусства в те времена, когда вступает в силу закон о запрете мата, каждый решает самостоятельно. Однако теперь не всякую новинку в книжном магазине можно взять в руки и полистать, раздумывая о покупке. Потому что часть из них, та часть, что содержит экспрессивную народную лексику, будет продаваться в упаковке и с предупреждающей пометкой. Книга «Печатная машина» успела выйти до введения закона — нагой, как абстрактно изображенная женщина на обложке.

    Имя Марата Басырова не было известно в читательских кругах, пока его роман не попал в номинанты на «Национальный бестселлер». Активно обсуждать, кто он и откуда взялся, начали, когда «Печатная машина» вошла в шорт-лист премии, а ее крестным отцом стал Павел Крусанов. Роман написан таким языком, словно Энтони Берджесс ожил и создал книгу теперь уже полностью на русском. И дело не только в нецензурной лексике. Скорее, поражает ощущение пустоты, возникновение которой можно объяснить простым словосочетанием «ничего святого». Вот, например, о чем размышляет герой после своего первого раза с девушкой: «Я стоял, ссал и думал: вот я ссу, и что-то из меня убывает. Что-то, что я в обратке чувствую как реально нарастающую в себе пустоту».

    Но ни специфический язык, ни предельная откровенность не нарушают сакральности, напротив, мат как табуированная лексика становится самым гармоничным средством ее изображения. Космос, пустота и женщины — именно эти образы главенствуют в монологах героя. Сам Басыров признается, что большинство решающих моментов в его жизни связаны с женщинами — представительницами внеземной цивилизации, с которой ему постоянно хотелось найти контакт. «Я не могу полюбить непонятно что! Хоть бы и оно любило меня», — к такому выводу приходит герой в конце главы под названием «Хаос».

    Первая девушка, медсестра в военном госпитале, жена, любовницы, мама — все эти женщины не открываются ему до конца, так и оставаясь загадкой. Но отсутствие понимания не исключает контакт. Жена, которая молча ложится рядом и неясно каким образом забирает половину его боли. Мать, которая подчиняясь законам природы, любит свое чадо и становится самой важной женщиной в его жизни. Святость отношений матери и сына возрастает настолько, что именно слово «мама» становится непечатным (в буквальном смысле!), отодвигая обсценную лексику, делая ее всего лишь фоном. Об этом последняя и самая важная глава книги. В ней герой пытается обуздать муки творчества и выдать результат на клавиатуре «слямзанной машинки», которой не хватает всего двух букв — «а» и «м».

    «Кто-то может сказать, что это сущий пустяк, но без этих букв некоторые слова теряли значение, а, например, слово „мама“ вообще растворялось в пустоте без остатка. Моя мама и вправду была далеко, так что мне ничего не оставалось, как просто принять обе эти данности, объединив их в одну».

    Машинке не хватает букв, герою — любящего человека рядом, а писателю Марату Басырову хватило всего, чтобы создать книгу, которую хоть и неловко читать, например в метро, но очень хочется.

Дата публикации:
Категория: Рецензии
Теги: Издательская группа "Лениздат"Команда АМарат БасыровПечатная машинаРусская литератураСовременная литератураУлица Чехова
726