Марта Антоничева. Уютная и комфортная жизнь

Антоничева Марта родилась в 1981 году. Кандидат филологических наук, литературный критик, журналист, режиссер документального кино, драматург. Публиковалась в толстых литературных журналах, финалист премии «Дебют» (2006), 9-ого международного Волошинского конкурса (2011), лауреат премии «Евразия» (2015). Сборник рассказов «1003-й свободный человек» в рукописи вошел в длинный список премии «Национальный бестселлер» (2019).

Сергей Лебеденко и Артем Роганов: Киберпанк незаметно стал реалистическим жанром. И кажется, автор «Уютной и комфортной жизни» Марта Антоничева это прекрасно чувствует. Не столько фантастическим, сколько лишь немного смещенным выглядит мир, где мы стремительно перемещаемся от одного героя к другому, потому что «героев» здесь быть не может. Только авторская камера, фиксирующая ту самую «уютную и комфортную» жизнь, которой в одинаковой степени принадлежит и семейная пара в хорошем районе, и старушка из частного сектора. Отчужденность близких людей в совокупности с тотальным проникновением медиа заставляет вспомнить не то Брэдбери, не то «Черное зеркало». Но пугает здесь не столько сам мир, сколько подразумеваемый смысл этого «уюта и комфорта». Он раскрывается в почти что линчевском, лаконичном психоделизме.

 

Уютная и комфортная жизнь

Объявление Игоря попалось им случайно: тот по старинке разместил его в интернете, на одном из бесплатных сайтов между сочными тушками кроликов, межкомнатными дверьми б\у и детскими комбинезонами в пятнах и с потертостями.

Уже тогда продавали не квартиры, а ауру, как ее называли риелторы: уюта, покоя, богатства и уверенности в себе. Особенно ценилась аура богатства: даже, если в кармане дыра, та придавала статуса, куража и помогала оформить еще несколько потребительских кредитов.

Новые многоэтажные дома больше не строили — нерентабельно. Слишком много в них происходило случайных убийств. После перекрывали лестничные пролеты и проводили зачистки, а затем ждали несколько десятков лет, пока аура полностью восстановится.

Больше всего ценились квартиры после одного жильца, в них ауру легче проверить на чистоту. Ей не мешали, и на нее не влияли примеси от предыдущих жильцов, такие квартиры стоили особенно дорого.

Им просто повезло: Игорь переезжал в новый дом и срочно продавал старую квартиру. Дешевле, чем на рынке, но не за бесценок.

— Вы покупаете атмосферу счастливой семьи, — верещала его жена. — А вот, что ждет нас, еще неизвестно.

И уже совсем снисходительно повторяла:

— Хоть дети ваши поживут в нормальных условиях.

Детей они не планировали.

Вместе с квартирой отдавали подвал.

— Вещь необходимая в наши дни, — говорил Игорь. — Не сегодня завтра начнется очередная война, будет, где спрятаться.

Подвал оказался бункером: на полках ровными рядами стояли консервы, банки с чистой водой. Отдельно — полотенца, спирт и бинты, аспирин и еще какие-то лекарства, уже просроченные. Там помещалось несколько человек. Правда, чтобы добраться до подвала, требовалось время, да и закрывался он только снаружи на массивный замок, — небольшая недоработка хозяина.

С аурой все было в порядке, проверять нечего.

В проблемных квартирах к продаже готовились заранее: делали ремонт под ключ, после заселяли на время бесплатно молодоженов, чтобы создать видимость счастья и прикрыть убийство, изнасилование, педофилию, и надеяться, что с ними ничего не случится.

В недорогих квартирах аура доставалась такой, как есть. Никто не смотрел.

А здесь просто повезло. Правда, расплачиваться за нее пришлось не только деньгами, но и нейронными цепочками. Ему был прописан покой, а после завершения сделки — восстановление здоровья. Кредитный калькулятор одобрил ипотеку.

Они очень старались найти квартиру в нужном районе, чтобы соседи были приятными, в подъезде — чисто и уютно, рядом с домом — экомаркет, булочная со свежим хлебом, велосипедная дорожка. К тому же, в центре, где можно обойтись без машины, и не засорять лишний раз окружающую среду.

В хорошей квартире не могло произойти ничего плохого.

Наняли специалиста, который мог разобраться и обнаружить вероятные следы насилия. Тот проверил помещение на наличие следов крови и цвет ауры — в темноте побрызгал раствором, посветил с помощью специального прибора.

Квартира Игоря подходила по всем пунктам. Ее свечение было синевато-зеленым, казалось, таких уже не осталось. Ведь на них влияло все — соседи, экология, срок проживания, тяжелые болезни и смерть обитателей, даже от старости.

После оформления документов пригласили дизайнера, тот подобрал максимально экологичные материалы. Гамму выбирала жена, он не вникал, слишком много было работы.

Когда они въехали, радости жены не было предела: дизайнер учел все пожелания. Кухня и ванная были выполнены в ярко-красных оттенках, остальные комнаты оформили тоже насыщенными, неразбавленными цветами.

Только для кабинета она выбрала приглушенную гамму с темно-серой основой. Та не отвлекала от дел и не раздражала.

Мужчина поцеловал жену и ушел работать. Молодец, справилась отлично. Он не смог вспомнить, кто она по профессии: так привык видеть ее постоянно рядом, так давно они не разговаривали.

Психолог с работы, чьи осмотры он проходил раз в неделю согласно договору с банком, рекомендовал разговаривать с ней хотя бы так же часто, как и с ним.

— Это сближает, — сказал тот и закашлялся, что-то записывая в блокнот.

 

Через пару дней он вспомнил об этом совете, закрыл рабочую программу и вышел в кухню. Только что привезли ужин, жена раскладывала его на тарелки. Она слушала ток-шоу с плазмы на стене. Там рассказывали о семье, у которой родился двухголовый младенец.

— Нам так накладно его кормить, — жаловалась его мать. — Приходится готовить еду на двоих. Наверное, мы избавимся от него, отдадим в детский дом.

Зрители в зале бушевали, призывая лишить мать родительских прав, посадить в тюрьму пожизненно, а ребенка сдать в трудовой лагерь.

Руки зачесались переключить на другой канал, но жена внимательно слушала, и он не решился. Она протянула ему тарелку с едой, села напротив, неотрывно наблюдая за происходящим на экране, и не замечая его.

Ведущий обличал мать, которая не постеснялась провести ночь с двухголовым:

— На что вы рассчитывали, когда узнали о беременности?

— У нас в семье не было двухголовых, — ответила женщина. — Я не ожидала, что ребенок станет таким.

Жена смотрела на экран и утирала рукой непрошенные слезы. Разговора не вышло. Он быстро поел, встал и убрал за собой посуду.

 

По словам психолога, подобный подход характеризует его как слабого человека и наглядно демонстрирует желание убежать от проблемы. Рекомендовано поговорить с женой на следующей неделе.

На этот раз та сидела на диване и фотографировала педикюр. Он не хотел мешать, и терпеливо ждал, пока жена закончит, но время шло, и ничего не менялось. Она только тыкала в телефон и меняла позы.

Жена не замечала его, словно он был люстрой, или стулом.

— Как прошел твой день? — все же решил попробовать он.

Та вздрогнула от звука чужого голоса. Повернула голову удивленно.

— Нууу, — протянула растерянно. — Я посмотрела телик, после вышла на пробежку и встретила соседку снизу с двумя детьми. Она спросила, где наши дети. Мой ответ ей не понравился.

— Что ты сказала?

— Что обычно в таких случаях, — она подняла бровь, всматриваясь в его лицо. — Мы против детей, планета перенаселена и нет смысла увеличивать популяцию. А еще, что наверняка она была стройнее до родов, а теперь не может сбросить вес. Все в пределах нормы для датчиков агрессии, я проверяла, мои показатели не изменились. После я пошла в зал, и вот недавно только вернулась. Есть хочешь?

— Нет, спасибо, — он не понимал, как этот разговор мог что-то изменить в их отношениях. — Рассказать тебе новости?

— Я уже прочитала, — она махнула рукой, мол, все.

Он вернулся в кабинет к работе.

 

Психолог на этот раз похвалил его.

— Вы так и не узнали, кем она работает? — уточнил специалист, постукивая пальцами по колену.

— Как-то не было повода.

— Пусть это станет вашим заданием на следующий раз. И порадуйте ее чем-нибудь. Цветы, конфеты, что она любит?

 

По дороге домой он зашел в цветочный магазин, хотел купить тюльпанов или роз. Не мог вспомнить, когда дарил их жене в последний раз. Но конфеты та бы точно не одобрила.

Когда уже решил, что тюльпаны, на одной из полок заметил розовые цветы на фиолетовых ножках.

— А это, простите, что? — недоуменно обратился к продавцу.

— Новинка, — сухо ответил тот. — Берут редко, дорогие, — и брезгливо взглянул на мужчину, оценивая его финансовое положение как несостоятельное.

Он взял три цветка.

— Без целлофана, пожалуйста, — и вышел вон.

 

Ее не было дома. Он прошелся по квартире, лег на диван, скатился с него, повалялся на ковре. Они не заводили домашних животных, поэтому с уборкой и запахами проблем не возникало — валяться можно было где угодно.

Вспомнил про цветы, не нашел на кухне вазу, пришлось взять какую-то дизайнерскую бутылку из коллекции жены.

Та вернулась через несколько часов. Он уже давно сидел в кабинете и был поглощен новыми делами. О ее возвращении догадался только по грохоту из кухни, но быстро отвлекся на что-то более важное.

Когда он вспомнил о жене и пришел на кухню, та лежала на полу, а рядом — цветы с бутылкой. Ее лицо распухло, глаза буквально вылезли из черепа, ноздри и губы раздулись, как воздушные шарики.

Женщина задыхалась. Она показывала пальцем в сторону одного из ящиков, до которого не могла дотянуться, даже двинуть рукой ей не удавалось.

Там лежала аптечка. Телефон замигал красным — аура в доме начала резко портиться. Предательски затряслись руки. Он открыл ящик, который заходил в руках ходуном, и начал искать лекарство.

Она задышала чаще. Мужчина бросил коробку, поднял жену и попытался открыть ей рот, но ничего не получалось. Он не знал, за что хвататься.

Высыпал аптечку на пол, разбросал все лекарства. Где-то в углу кухни нашел шприц. Она утвердительно моргнула — то. Вколол ей в ногу. Жена отключилась. Он сел на пол.

Если вызывать скорую, то аура упадет, как при смерти.

Достал ложку, засунул жене в рот. Железо запотело. Поднял жену и отнес на кровать. Та не приходила в себя. Перевернул ее набок, в надежде, что дышать так будет проще и не западет язык.

 

Вернулся на кухню, выпил. Включил телевизор, там шел повтор про двухголового ребенка. Выключил звук и стал смотреть на движущиеся картинки.

Примерно через час экран завибрировал в его глазах красными вспышками-пятнами. Все окончательно помутилось, во рту появился неприятный привкус, стало подташнивать. Кажется, так описывали в учебниках безопасности первые признаки агрессии.

Он на минуту прикрыл глаза, но неприятные ощущения не исчезали — ярко-красные круги пульсировали еще сильнее.

Вернулся в спальню, посмотрел на жену. Та лежала в отключке.

Телефон мигал: аура краснела все сильнее. Через несколько часов об этом узнают соседи.

Он попытался успокоиться: пора вызывать скорую, или уже поздно? Наверное, аура квартиры окончательно испорчена, чего терять? С другой стороны, если она придет в себя, вдруг есть еще шанс?

 

Он злился все сильнее: на себя, на продавца в цветочном, на психолога, который влез в их когда-то уютную и комфортную жизнь со своими дурацкими советами.

Телефон запикал — уровень агрессии хозяина рос и влиял на квартиру. Мужчина выбежал из дома и постарался отойти от подъезда подальше.

Датчики на магазинах и домах поблизости наверняка уже зафиксировали его состояние. А значит, его не пустят внутрь цветочного, если он захочет проломить голову продавцу: двери заблокируют, он не сможет ни войти, ни выйти.

 

Выбежал на дорогу и направился, куда глаза глядят. Пришел в себя в частном секторе. Не помнил, как забрел сюда, ноги будто сами привели. Психолог заметил бы, что его вывела интуиция, ведь только здесь, в старых домах, еще не установили датчики агрессии.

Сел около забора: нужно отдышаться. Кровяное давление пришло в норму, только нервная система сдавала — приложение на телефоне все еще мигало красным, он представлял опасность для окружающих.

Как раз вчера прошло очередное списание по ипотеке. Не стоило жертвовать нейронными цепями ради ауры, слишком высокой оказалась цена.

 

— Эй, — кто-то заорал с другой стороны забора. — А ну пошел вон отсюда, алкаш! Вызываю полицию!

Голос словно разбудил его, внезапно он ощутил невероятную свободу. Встал, пнул ногой калитку, та скрипнула, но с легкостью поддалась. Во дворе стояла маленькая грязная старуха и размахивала палкой.

Подошел к ней, схватил за шею, приподнял на полметра от земли и покачал в разные стороны, как детскую игрушку. Глаза старухи раздулись, лицо покраснело. Она прохрипела что-то, но было не разобрать. От нее несло алкоголем и кошками. Он зашвырнул ее вдаль двора, и пошел дальше, не оглядываясь.

На душе полегчало, словно вместе со старухой избавился от тяжкого душевного груза. Показатели организма пришли в норму, даже нервная система. Он склонился над телефоном, насвистывая приятную мелодию. Быстро расслабился и не заметил, как получил по голове и отключился. Один подросток отбросил в сторону кусок трубы, второй поднял с земли телефон. Оба быстро проверили его карманы, пару раз ударили ногами по голове мужчины, а после разбежались в разные стороны, надвинув пониже капюшоны курток, чтобы не попасть в камеры.

 

Старуха быстро пришла в себя и выползла из-за угла сарая. Это был не первый раз, когда ее швыряли с такой легкостью. За годы семейной жизни она успела натерпеться от мужа вещей и похуже. Зато до сих пор жива, а тот давно гниет в могиле.

Кое-как поднялась, нащупала на земле палку. Осталось войти в дом, а там можно сесть в кресло и не шевелиться до вечера.

За забором послышался грохот, шум борьбы. Наверное, опять Рустам с Колей. Вздохнула. Надо идти. С трудом, в несколько подходов добралась до калитки, выглянула. Мужчина лежал на земле без сознания, из раны на голове сочилась кровь.

Она оглянулась по сторонам. Конечно, камера на углу дома опять сломана!

Подошла к телу, порылась в карманах. Подростки не оставили ничего путного. Разве что… Она подняла его правую руку, на безымянном пальце блеснуло кольцо. Засунула его палец в рот и потянула от себя Кольцо поддалось с легкостью. Старуха положила его в карман и поспешила в дом.

— Сашенька, милой, — зашептала в телефонную трубку, сидя в любимом кресле. — Это Наталья Егоровна тебя беспокоит. Да, дорогой, снова чэпэ, — кивнула, отвечая на вопросы участкового. — Скорую я вызвала, но ты же быстрее дойдешь, пока те приедут. Лежит у забора, пришлый, не наш. Я проверила, пацаны все забрали. Ладно, буду ждать скорую.

С чувством выполненного долга она повесила трубку, и устроилась поудобнее в кресле. Сегодня покажут продолжение истории про двухголового мальчика из их района. Хороший мальчонка, на внука ее похож, Антошку.

Антошку, тоже двухголового, в телевизор не приглашали. Наверное потому, что мать и родные в малыше души не чаяли. Когда крошечкой был, все время улыбался бабушке, и ручки навстречу тянул.

Она была знакома с матерью того, другого, даже дала интервью, когда снимали сюжет, но его не показали пока. В прошлый раз Наталья Егоровна надеялась увидеть себя на экране, хотя бы на пару секунд.

Когда этого не случилось, у нее сильно скакнуло давление, и несколько дней старуха провела дома. Она стеснялась знакомых, которых заставила смотреть передачу именно из-за своего появления. Сегодня сама настроила телевизор на запись, и, если интервью появится, она точно ничего не пропустит.

Как только появилась заставка, старуха нажала на нужную кнопку, и запись пошла. Откинулась в кресле, расслабилась и громко захрапела.

Ее двойник на экране торжествующе помахал палкой в пустоту комнаты.

 

 

Дата публикации:
Категория: Опыты
Теги: Марта АнтоничеваУютная и комфортная жизнь
1842